— Ты удивлена? — Поч беззвучно рассмеялся. — Я тебя понимаю, Джио. Отлично понимаю. Как может недоразвитый ребенок вроде меня возвратить такой огромный долг?

— Дай посмотреть. — Джиоти встала и взяла у него из руки зашифрованную записку.

— Все легитимно, Джио. — Он сел туда, где только что сидела она, закинул ногу на ногу и раскинул руки по подлокотникам. — Закон о регентстве говорит…

— Я знаю закон о регентстве, — спокойно перебила Джиоти, все еще разглядывая бумагу. — Где ты взял такой капитал?

— Нашел сокровище, которое спрятали змеедемоны на одном рифовом острове. — Он вскинул брови. — Работа смотрителем на Гнилом Болоте оказалась заманчивей, чем ты думала, не правда ли?

— Это ложь, Поч. — Она бросила бумагу ему на колени. — Никакого сокровища ты не находил.

Квадратное лицо Поча окаменело.

— Не говори мне, Джиоти, что я делал и чего не делал. Хватит. Я теперь маркграф. Я тебе расскажу, что случилось. А если ты не хочешь мне верить, можешь уехать из Нового Арвара. Думаю, на Гнилом Болоте открылась вакансия.

— Где ты нашел сокровище? — спокойно продолжала допрашивать Джиоти. — Как ты его добыл? Кто его оценил?

Поч покачался из стороны в сторону.

— Я не обязан отвечать на эти вопросы. Важно только то, что у меня есть деньги, чтобы заплатить долги «Шахтам Бульдога», а у тебя их нет.

— Я прослежу, откуда пришли эти деньги…

— Нет. — Он вызывающе задрал подбородок. — Проследить деньги — это требует соизволения правящего пэра. В Новом Арваре это я. Я маркграф, а ты всего лишь моя сестра.

Джиоти покачала головой:

— Изменение правителя должно быть утверждено судом…

— Нет. — Он улыбнулся, и от глаз его побежали веселые лучики, потому что этой минуты он ждал. — Ты, кажется, говорила, что знаешь закон о регентстве? Так вот, ты знаешь меньше, чем думаешь. Я в него заглянул, и там говорится, что утверждения не требуется, если переход власти совершается в одном и том же роду и если не поступает иска от другого пэра того же рода. В нашем роду есть только ты и я, Джио. Ты и я. Утверждения в суде не будет.

Джиоти села рядом с ним:

— Поч, зачем ты это делаешь?

— Затем, что могу. — Мрачная решимость затенила его лицо. — Почему бы мне не быть маркграфом? Ты не веришь, что я буду действовать так, как действовал бы отец? Больше ты не будешь обращаться со мной как с умственно отсталым. — Его глаза весело блеснули. — И я женюсь и заведу наследников, и целая новая династия начнется с меня!

— Ты не обязана оставаться со мной, — сказала Джиоти Нетте из Дома Убийц. — Я более не маркграфиня, и ты теперь можешь служить мастером оружия моему брату.

Они были одни в комнате совещаний за залом аудиенций, где Джиоти объявила своему персоналу о смене власти. Брат решил составить правительство из своих людей, и Джиоти последними своими распоряжениями в качестве маркграфини устроила своих людей на хорошие должности в лесопромышленных и сельскохозяйственных концессиях города — всех, от экономических советников до поваров. Для каждого она побеспокоилась найти новое место в корпорациях, занимавшихся разработкой окрестных джунглей. Только Нетте осталась без назначения.

— Простите меня за слишком откровенные речи, леди Одол, — ответила Нетте с подчеркнутой, но спокойной почтительностью, — однако ваш брат нестабилен. Если снять с него куртку с амулетами, он превратится в лепечущего идиота — я в этом уверена. Служить ему я не могу. А вам не следовало так легко уступать. Почему вы не позволили мне провести тщательное расследование источника его средств?

— Потому что я и без того знаю, что источник подставной. — Джиоти приглушила отдающийся в пустой комнате голос. — Если бы мы стали проверять Поча, он бы поднял большой шум, чтобы прикрыть нелегитимность своих претензий. Он бы поднял все корыстолюбивые силы, для которых я — препятствие к использованию служебного положения. Все, кто требовал небесного причала и промышленных дорог в джунглях, встали бы на его сторону. Это было бы восстание.

— Которое мы быстро подавили бы. — Нетте встала за креслом и решительным жестом руки завертела его. — Вы по-прежнему популярны. На нашей стороне войска, прочесывающие джунгли, и дорожные патрули.

Джиоти оперлась на стол.

— Тот, кто организует возвышение Поча, меньше всего заботится о популярности — только о власти. Террористические акты, взрывы, бунтующие толпы, заказные убийства — они пойдут на все. Погибнут люди. А я не хочу превращать Новый Арвар в бойню.

— И потому отдали вашему брату отстроенный вами город. Сейчас он начнет работать вовсю, и не ради блага народа. — Нетте приподняла белесую бровь. — Вы этого хотите?