Шрифт:
Джим кинулся влево, вправо... Но новый противник теснил его назад, в глубь холла. И сзади подтянулись остальные студенты, вооруженные кто чем.
— Не торопись, приятель, — с мерзкой ухмылочкой сказал Джиму парень с мачете.
Джим быстро осмотрелся. Да, он окружен со всех сторон. А главное, мимо этого психа прорваться невозможно.
Он только подумал это, но парень прочитал его мысли.
— Зачем же меня называть психом? — сказал он, иронически подняв бровь. — Я отнюдь не псих. Я просто друг библиотеки. — Тут он расплылся в мни-модружелюбной улыбке:
— А зовут меня Брент.
Джим вздрогнул.
— Брент Киилер?
— Он самый. О Боже!
— Да, — сказал Брент, — именно "О Боже!". Совершенно очевидно, что его голова — открытая книга для этого сукиного сына.
— "Не дрейфь, дружище Шерлок", — ехидно процитировал Брент.
Джим с ненавистью впился взглядом в лицо негодяя и процедил:
— Если вы все слышали и все знаете, то вам известно, что через пару минут это здание взлетит на воздух.
Брент усмехнулся:
— Смерть — еще не конец.
— Для вас — конец.
— Отнюдь Я всего лишь сольюсь в одно целое с Университетом. — Тут в улыбке Брента появилось фанатичная исступленная радость. — Я только и мечтаю о том, чтобы слиться с Университетом!
Джим выхватил из коробки с инструментами длинную отвертку, а саму коробку бросил на пол. Он решил защищаться до конца. Не время вести остроумные разговоры и дискутировать о моральных ценностях.
Брент расхохотался и потряс мачете в своей руке.
— Мое оружие подлиннее будет!
И в тот же момент Джим кинулся на него с отверткой.
Между решением напасть и собственно нападением не прошло и миллионной доли мгновения, поэтому Университет не успел передать Бренту предупреждение об атаке.
Брент среагировал на рывок противника с запозданием.
Джим усиленно думал о том, что он сейчас воткнет отвертку в глаз Брента. Но это была мысль-прикрытие. На самом деле он в последний момент, не думая предварительно, нырнул под просвистевшее над его головой мачете, всадил отвертку в бедро Брента, а затем упал на пол, прокатился пару метров по скользкому линолеуму и проворно вскочил.
Между ним и выходом никого не было! Получилось!
Джим пулей вылетел из двери и сбежал по ступенькам. Метрах в тридцати от библиотеки он заметил своих друзей и кинулся к ним.
Оглянувшись, молодой человек увидел, что его никто не преследует. Студенты, ловившие врага в холле библиотеки, стояли за стеклянной стеной, что-то кричали и грозили кулаками. Но из библиотеки они так и не вышли. А Брента среди них вообще не было. Получил тяжелое ранение и сейчас занят перевязкой?
— Сделал? — спросила Фейт.
— Да, — ответил Джим.
Он чувствовал необычайное возбуждение.
Ему стало стыдно. Он осознал, что это возбуждение не от того, что он такой благородный и с риском для жизни сумел покарать зло. Нет, он так возбужден, потому что хочет услышать взрыв, увидеть пламя.
Джим искренне пожелал, чтобы взрыв уничтожил всех-всех психов в библиотеке.
Это была грешная, плохая мысль, и он постарался выбросить ее из головы.
Они погибнут, но радоваться этому не следует. Они не виноваты. Не сами они стали такими...
Ян и его друзья стремглав побежали прочь от библиотеки.
Но через несколько десятков метров дорогу им преградила группа из восьми или десяти профессоров, которые прятались до этого в кустах, а теперь выскочили из темноты.
На них были странные черные мантии, какая-то пародия на судейские.
Ян узнал среди этой шайки профессора Йенкса, преподавателя философии, и профессора Хикмана, специалиста в области коммерческого законодательства.
— Эй вы, куда так спешите? — крикнул профессор Йенкс.
Хотя он обращался к Яну, ему ответил Бакли:
— Туда, куда спешили бы и вы, не будь вы фашиствующими псами на службе у поганого Университета!
— Я не к тебе обращаюсь, придурок! Так куда вы так спешите?
— Туда, куда спешили бы и вы, не будь вы фашиствующими псами на службе у поганого Университета! — с вызовом повторил Ян.
— Я знаю, почему вы убегаете, — сказал Йенкс. — Только не забывайте: вы тоже часть Университета. Причиняя вред Ему, вы причиняете вред себе!
— Ешьте свое дерьмо сами! — в бешенстве крикнул Бакли.