Для удобства просторный зал притона был лишен всего лишнего и ненужного. Сняв квартиру, барыга попросту выбросил из помещения всю мебель, оставив лишь стол, пару кресел с засаленной, прожженной во многих местах обивкой, да несколько матрасов на полу. Единственное окно комнаты было завешено тяжелой грязной портьерой, отчего в помещении царил полумрак. Потому что лампочка, свисавшая с потолка на скрученных проводах, слабо освещала комнату. В креслах сидели два гостя. Но на людей, эти существа были похожи весьма отдаленно. Бледные, будто бы обескровленные лица, огромные черного круги под. глазами. Рукава к были задраны с локтей, отрыв взору дороги оставленные на коже иглой. В тех местах, где шприц входил глубоко под кожу, уже виднелись красные точки воспаления и начинающегося некроза. A на столе лежал шприц с остатками крови, закопченная ложка и зажигалка.

Я вышел из комнаты и подошел лежавшему на полу дилеру. Присел рядом похлопал его по карманам. Вытащил под тусклый свет лампочки несколько крупных купюр, пару золотых колец, цепочку, и пакетики с грязно-серым порошком. Сойдет.

Я быстро прошел в комнату и кинул пакетики на стол. Пусть Судьба решит, жить этим существам, или умереть. Если “хмурый” не добьет их — значит, так выпали кости. Пусть живут. Откинут копыта от передоза — так тому и быть. А я останусь вроде как и не при делах. Все равно рано или поздно отъехали бы от хмурого.

Из прихожей раздался приглушенный стон. Значит, дилер, которого я приложил об стену, уже начал приходить в себя. Это хорошо. Пора побеседовать с ним. Заодно и проверю, как работает этот новый навык дознавателя.

Я развернулся и вышел в грязный коридор. Медленно направился в сторону лежавшего на полу дилера. Тот уже успел прийти в себя и, с нескрываемым ужасом глядя в мою сторону. И по мере приближения, зрачки наркобарыги расширялись от страха.

Ну, это неудивительно. Барыга наверняка сам употребляет дрянь, которую продает. И вот, в один не очень хороший вечер, в его притон вламывается человек, глаза которого горят багровым огнем. Галлюцинирующий мозг вполне мог принять такого посетителя за демона, вырвавшегося из глубин ада. И теперь, ведомый ненавистью ко всему живому, демон хочет похитить душу дилера, чтобы обречь ее на вечные муки преисподней.

Чтобы все эта легенда с демоном выглядела более правдоподобной, я растянул губы в некоем подобии улыбки, больше похожей на кровожадный оскал.

— Ты чего? — дрожащим голосом пробормотал пришедший в себя дилер.

Я склонился над трясущимся от страха барыгой и холодно переспросил:

— Я чего? ты какого х…. наркотой здесь барыжишь?

— Так я никого не заставляю, — взвыл делец. — Они сами берут.

— Сами… — я медленно произнес в это слово, будто пробуя на вкус. — Потом они сами идут на улицу и хуйню творят. Убивают, грабят, чтобы на дозу наскрести. Отравляют жизнь на семье, друзьям близким. Наркоманы они как вирус, который медленно разрушает организм.

Дилер молча смотрел на меня расширяющимися от ужаса глазами. Наверняка после такой лекции барыга решил, что перед ним очередной поехавший по всем осям и параметрам. Или…

— Ты из линчевателей? — от страха голос моего собеседника сорвался на писк. — Не убивай. Я перестану барыжить. Завтра же сдамся в полицию. И всех, кого знаю, сдам. Только не убивай, прошу.

По небритым, заросшим щетиной впалым щекам барыги потекли крупные слезы

Он умоляюще смотрел на меня, будто бы выпрашивая помилование. Впрочем, возникшую ситуацию решило системное сообщение:

“Социальное перевоспитание прошло успешно.

Вам удалось воздействовать на мелкого торговца наркотиками по прозвищу Загорелый.

Вы можете казнить дилера, чтобы оставить послание банде, или оставить наркотороговца в живых”.

О как. Социальное перевоспитание прошло успешно. Ну, раз уж человек осознал свои ошибки, понял, оценил и прочувствовал-то пусть живет. Вслух же я сказал совсем другое.

— Это не мне решать.

Я задумчиво вытащил из кармана монету, подбросил ее в воздухе. Поймал, посмотрел выпавшую сторону. Решка.

— Ладно, — задумчиво протянул я, пряча монету в карман. — Живи пока. Но с сегодняшнего дня этот притон не работает. Будем считать прикрыли его за антисанитарию и товар крайне ху… плохого качества. Продукция не соответствовала нормам и требованиям. Но если ты еще хоть раз здесь объявишься — я найду тебя. И убью. Ты уяснил?

Последнее слово я попытался произнести грубо, с нажимом. И дилер тут же поспешно закивал.

“Получено достижение: “Гуманист”.

Сохраните жизнь одному или нескольким преступникам, в связи с чистосердечным раскаянием.

Навык Чистильщик повышен".

Я улыбнулся, и мягко, по-доброму спросил:

— Ты у кого товар брал?

Нужно отметить, что дилер отнесся к этому вопросу весьма серьезно. Он болтал дoбрые двадцать минут, сдавая имена курьеров и поставщиков, адреса притонов, складов и точек фасовки. Парень рассказал все, что знал сам, и слышал от других. Мне даже наводящие вопросы задавать не пришлось.