— На «Нью-Арк» и «Марблхед» направим экипажи «Инфанты Изабель» и «Конте де Венадито», что стоят блокшивами в Гаване без всякого дела. Отправим маршалу Бланко десяток транспортов с трофеями, в сопровождении «Бискайи» и «Колона», и еще десяток они до Сантьяго доведут. Те с продовольствием будут — тут у пароходов припасами трюмы забиты. А там потихоньку отсюда все отправим, а за месяц и новыми кораблями эскадру усилим, команды их успеют освоить, учебные стрельбы проведут.

— Конечно, успеют, война ведь не ждет, Паскуаль. Особенно когда нерасторопные командиры звание капитана де навио не получат, и будут отправлены на самую старую лоханку, палуба которой под ногами трещать будет. Живо рвения добавится, про каждодневную сиесту забудут!

Рамос отхлебнул рома из бокала — теперь можно было выпивать понемногу, и оному занятию все на эскадре предавались. Но как говорят русские — «без прежнего фанатизма», по «чуть-чуть, пять капель». За эти три недели он полностью освоился в этом мире среди соотечественников, которые считали его «своим», а такое отношение дорогого стоило. И добился поразительного результата — за две недели напряженной работы и четверти часа благосклонности «госпожи Удачи», полностью переломил ход несчастливой для испанцев войны, отсрочив на несколько лет неизбежное поражение.

— Мы сыграли на «мизере» партию, и взяли ставки, Паскуаль. Теперь имеем шанс хорошо придавить американцев, их же снарядами. Главное поторопиться и освоить трофеи, благо лишних экипажей у нас много не только в Испании, но и здесь, на Кубе. А в Маниле, после утопления эскадры Монтохо вообще от моряков не протолкнуться.

Шутка вышла грустная и неуместная — адмирал Сервера нахмурился, ведь точно такую же участь он ожидал для себя, придя с эскадрой в Сантьяго. Но, посмотрев на Рамоса, воспрянул духом — все свои успехи он теперь связывал именно с этим кэптеном Королевского Флота, который тщательно скрывал как свои прежние имена, так и свое прошлое. Но любопытство по обыкновению усмирил — если кабальеро не хочет об этом говорить, то его полное право, главное, что своими делами доказал преданность и полезность испанской короне, а такие адмиралы флоту необходимы.

Война выиграна, в этом сомнений после захвата Гуантанамо у Серверы не оставалось. Почти полусотня пароходов захвачена, с учетом громадного транспортного флота с десантом, и тех, что стояли в бухте, среди которых имелось несколько ценных угольщиков и плавающая мастерская со всем необходимым оборудованием, а также два госпитальных судна. На каждое из них к вечеру направили по два десятка солдат из прибывших от Дайкири и Гуантанамо батальонов, и по несколько матросов. И адмирал принял решение не захватывать зафрахтованные американцами пароходы, просто нанять их уже для службы испанской короне — довести имевшиеся в трюмах грузы до порта назначения, выгрузить, и там встать на прикол. Командам надлежит дать подписку, что в течение всей войны между САСШ и Испанией они не будут принимать никакого участия, и пусть отплывают на Гаити. А там сами решают, как им жить дальше, и с кого требовать неустойку.

А вот американским банкам от такого решения одни сплошные проблемы — выплата страховых сумм за такое количество одномоментно захваченных транспортов их просто разорит. Война очень дорогое предприятие, и когда она станет разорительной, а будущие доходы не окупят расходы, то любые дельцы призадумаются.

— Что следует сделать дальше с поврежденными кораблями?

— «Айву» необходимо отвести в Гавану — там вместо временной заплатки заделают днище. А вот «Орегон» и «Бруклин» следует подготовить к переходу через океан на ремонт, но то после войны. «Техас» нужно разгрузить и в прилив снять с камней — этот броненосец еще послужит нашему флоту. У нас и таких нет — «Нумансию» и «Викторию» отправить на слом, они свое давно отслужили, и пользы от них никакой, одни расходы. Но о том можно и попозже поговорить, а сейчас меня заботит совсем иное, Паскуаль — мы победили в этой, но уже проиграли будущую войну!

Единственные крейсера зарубежной постройки в US NAVY. САСШ обладали избыточной промышленной мощью, чтобы строить корабли самостоятельно. Но эту парочку купили только потому, что их могла приобрести в последний момент Испания — минус две единицы у потомков конкистадоров, плюс два у потомков переселенцев с «туманного Альбиона». Выигрыш, таким образом, составляет четыреста процентов — дельцы умеют считать…

Глава 42

— О том, что янки постараются взять реванш, даже последнему кочегару понятно. Но такое произойдет не раньше, чем через два года, когда они в строй введут пять новых броненосцев. Они уже спущены со стапелей, но сама достройка и сколачивание новых экипажей займет некоторое, возможно даже продолжительное время. Так что Серхио, чтобы хорошо подготовится к следующей войне, у нас есть время. И учти — у нас будет четыре броненосца — «Пелайо» и три «американца»!

— Итог будет закономерен, поверь мне. И скорее, события начнутся через пять-шесть лет — Штаты постараются построить еще броненосцы и как минимум полудюжину быстроходных броненосных крейсеров с 203 мм артиллерией, способных действовать в океане. Так что новую войну, Паскуаль, мы проиграем с треском, и лучше бы было, если мы с достоинством потерпели бы поражение в этой. Испанцам как нации не так было бы горестно и обидно. Но то, что хуже всего — Америка никогда нам не простит это обидное поражение, и счеты будут сведены в любом случае, пойдем ли мы на уступки или откажемся. Но во втором случае наши позиции будут гораздо хуже, в первом же можно использовать возможные военно-политические альянсы, и иметь определенные перспективы для маневра. Но о том следует говорить, когда ясно станет, какой именно ход событий мы узрим.

Рамос отпил рома, медленно раскурил сигару, пыхнув дымком. Вечерело, от моря шла прохлада, а потому всяческого гнуса не летало. Находившимся на берегу американцам можно было только посочувствовать, но их никто на Кубу силком не гнал, все как на подбор добровольцы.

— Меня другое беспокоит, Паскуаль — стойкое ощущение, что эта победа мадридским политиканам придется не по нраву. Появилась даже уверенность, что еще до начала войны некоторые министры сделали все возможное, чтобы эта война закончилась сокрушительным поражением Испании.