К счастью, по прошлой жизни мне известен отличный способ, избавляющий от возможных душевных терзаний. Не факт, что они будут, но страховка не помешает.

Ночной марш не оставил Дэе и остальным времени на ненужные размышления о произошедшем. Вести мех ночью по пересеченной местности довольно сложно. Мы рано выступили и я безжалостно гнал машины вперед, заставляя сосредоточиться только на пути. Теперь, когда мы встали на долгожданный отдых, если кого-то и накроет, то эффект будет уже не тот. Усталость сожрет остатки переживаний. Были они или нет — это уже другой вопрос. К вечеру от них не останется и следа.

— Трупы они видели и раньше. Во время того же захвата долины, — напомнил я, не желая признавать правоту опытного наемника.

— Но убивать им не приходилось. Не так ли? — отметил Бахал. Про меня он все понял каким-то шестым чутьем, а потому и не спрашивал.

— Большинству не приходилось, — согласился я. Все же ликаны не в счет. Они настолько от нас отличаются, что довольно трудно воспринимать их иначе, чем животных. — Но они сильные. Справятся.

Я подарил наемнику кривую усмешку. Его-то кошмары терзать точно не станут. Думаю, Бахал видел всякое. В том числе и похуже картинки.

Ну а я тоже всякого повидал, да и сжигать людей заживо привычен. Зачистка зараженных поселений только первые два раза сложная. На третий пулю в лоб себе уже пускать не хочется, только напиться. И от жареного мяса воротит. А к пятой ты и живых людей не видишь — просто зараженные тела, которые следует сжечь. Они могут кричать, плакать, проклинать, молить о пощаде, бросаться на стальные машины с вилами, но тебе уже все равно.

А может и не все равно, ведь порой и меня терзают кошмары…

— Знаешь, если бы не наша ситуация, то я бы посчитал, что ты их специально притащил в Вольную марку, чтобы волчата попробовали крови, — сказал Бахал, равнодушно наблюдая с высоты «Протектора» за окрестностями.

— Мне столько же лет, сколько и им, — напомнил я.

— Но ты другой. Старше, чем выглядишь, опытнее. Словно рыцарь времен регенства первого Железного маркграфа переродился в молодом теле.

А в проницательности ему не откажешь. Многие замечали, что со мной что-то не так. Но из всех озвученных версий, эта наиболее близка к реальности. Только не из прошлого я пришел, а из до омерзения отвратительного будущего.

— Просто рыцарь? Может быть я был Первым рыцарем.

Перевести все в шутку не удалось.

— Может быть, все может быть, — задумчиво покивал Бахал, и пожаловался, прикрыв ладонью глаза от солнца: — Жаль, что нет бинокля или трубы подзорной. Глаза болят.

Решив, что стоит окончательно погасить неудобную тему, я достал смятый пулей портсигар. Открыл его и попытался развернуть припрятанную в нем карту. Та еще задача, фактически пазл. Пуля проделала в карте внушительную дыру и в развернутом виде та теперь напоминает неудачную детскую поделку. Мы такие, только размером поменьше, делали в приюте на праздники. Снежинки там всякие и прочее. Несмотря на это, ориентироваться по карте все еще можно… в общих чертах. Масштаб для тонких действий не тот. Но у меня под боком есть настоящий проводник, знающий эти места как свои пять пальцев.

— Где мы сейчас? — уточнил я, прикидывая примерное местоположение.

— Где-то здесь, — палец наемника твердо ткнул в одну из многочисленных, проделанных пулей дырок. Похожих, словно близнецы. — Если по прямой по предгорьям, то уже послезавтра мы сможем увидеть Приют Рыцаря. Но вот в этом месте все равно лучше сделать внушительный крюк. И идти стоит днем, — он поводил ногтем по небольшому, непримечательному кусочку карты.

— Причина?

— Рядом… Ну, как рядом, — хмыкнул Бахал, — практически в центре горного хребта. Расположен здоровый такой вулкан, облюбованный вивернами для вывода потомства. Из-за этого этих самых виверн в окрестностях огромное количество. А когда они собираются вместе — резко прибавляют в смелости и наглости. Да ты и сам это понял, судя по крушению вашего дирижабля.

Тут он прав. Повадки этих тварей мне хорошо известны без всяких крушений. И про дневной марш прав. Хоть в целом виверны не ночные твари, но в темноте видят не хуже, чем днем. Так что ночное нападение с их стороны будет особенно опасно.

Я вгляделся, запоминая примерное местоположение. На карте никаких пометок, но это и не удивительно. На ней и Гнилые горы обозначены весьма условно и не слишком правильно.

— Место приметное. Видно издалека, — продолжил Бахал. — Из-за него в этой части Вольной марки от гор стараются держаться подальше, а в Приют Рыцаря редко летают дирижабли.

Виверны — это плохо. А с другой стороны — хорошо. Появление дирижабля с магами можно не опасаться. Именно маги, а не поисковые копья наемников заботят меня больше всего. После исчезновения с места действа сразу трех отрядов вряд ли в ближайших окрестностях больше одного наемного отряда. Ему надо нас сначала найти, а затем еще как-то поймать. На крайний случай, можно разделиться и уходить парами и тройками.

С другой стороны, Приют Рыцаря все ближе. А те, кто нас ищут, не дураки. Очевидно, что в Степного Стража мы не пошли — время идет, а нас нет и нет. Если дирижабль ползал где-то в окрестностях неофициальной столицы Вольной марки, то теперь он летит в нашу сторону, и плевать на угрозу виверн. Это если об этой угрозе вообще знают.