– Всегда знала, что оборотни звери, – скривившись, признаёт Оля.

– И я один из них.

Взгляд – глаза в глаза и в голубых всё упрямство мира.

– В коридоре больше никого нет.

– Я в курсе.

Не остаётся даже желания скрыть довольство в голосе. Всё-таки слишком давно Марек не был дома. Отвык. От распрясавшегося зверя внутри. От предвкушения, пропитавшего даже древние каменные стены. От азарта толпы, пробивающего все блоки и ограничения.

Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, Марек как ни в чём не бывало отстраняется.

– Идём.

***

Спальня оказывается такой же, как и весь остальной замок – шикарной, готической и должной вызывать восторг вперемешку со страхом. Увы, огромная кровать под кроваво-красным балдахином, резная массивная мебель и тёмная шелкография на стенах всё, что во мне вызывает, так это усмешку. И если бы не стоящий за плечом Марек, можно было бы подумать, что я не в «Волчьей Тени», а на одном из тёмных вампирских балов.

Мероприятие, по высокомерию и кровавости ещё более отвратное, чем сегодняшний вечер.

– Гости заняты, – сделав шаг, я касаюсь рукой балдахина. К счастью, чистого. – Мы одни. В таком антураже… – Чувствуя взгляд Марека в районе собственной обнажённой поясницы, я разворачиваюсь, сажусь на кровать, оперевшись ладонями по обе стороны от себя, и закидываю ногу на ногу. – Чем займёмся?

***

Чем? Марек знал, о чём она, и не испытывал по этому поводу ни капли восторга.

– Видимо, тем же, чем и обычно, – скривившись, он захлопывает дверь и садится на одно из стоящих напротив кровати кресел. – Спрашивай.

– О чём говорил Ян? – подавшись вперёд, сверкает Оля глазами.

– Он много о чём говорил, – отказывается сдаваться он, подозревая, какая именно реакция последует в ответ на его слова.

– То есть ты намерен упираться до последнего. – Хмыкнув, она поднимается и, не дав ему и мгновения на сознание, садится к Мареку на колени. – Спрошу ещё раз, – насмешливо улыбаясь, наклоняется на его грудь Оля, когда он рефлекторно приобнимает её за талию, – почему моя смерть может стать твоей слабостью?

– Потому что большинство оборотней – идиоты, – честно признаётся Марек, не в силах отвести взгляд от голубых глаз.

– Ты серьёзно? – она хмурится и выпрямляется, давая ему возможность хотя бы просто вдохнуть.

– Абсолютно. Видишь ли, – ладонь инстинктивно, без участия мозга, начинает поглаживать её спину, – чем ты сильнее и чем больше у тебя власти, тем больше хочется верить в сказки. В то, что, повинуясь знакам и предзнаменованиям, можно найти армию преданных друзей, любящую семью и настоящую любовь.

– А что, деньги всё это уже не гарантируют?

– То, что можно купить за деньги, легко перекупить. Да и верить в то, что где-то есть твоя истинная пара гораздо проще, чем хоть на миг перестать быть властной скотиной. В нашем мире есть пророчество о том, что у каждого оборотня есть истинная половина. И, встретившись, ни один из них не сможет жить, пока не рядом другой.

– Ты уверен, что не путаешь своё пророчество с кое-каким другим? – едва сдерживая смех, веселится Оля.

– Попробуй спутай, когда последние двадцать лет оборотницы только его и цитируют. – И ладно бы только цитировали. Эти… женщины буквально тыкали его в бредовые строчки, заглядывая в глаза.

– Ну, допустим, – пытаясь стать серьёзней, глубоко вздыхает она.

Ткань закрытого под горло платья натягивается на груди, и Марек предпочитает перевести взгляд. На кровать. Чтоб вас всех.

– Тогда объясни мне, при чём тут я?

– Притом, что после сегодняшнего, – Марек не сдерживает тяжёлого вздоха, – они будут уверены, что мы с тобой истинная пара.

– Действительно, идиоты, – усмехнувшись, я поднимаюсь и поправляю подол платья. – Скажи мне, неужели ваше клановое сообщество настолько замкнуто, что даже интернет не спасает? Потому что на полном серьёзе верить в такую чушь могут только подростки, пересмотревшие «Сумерки». Или что там у них сейчас в моде.

– Как бы там ни было, но я впервые появляюсь здесь с женщиной, – легко пожимает плечами Марек и подходит к окну. – Тем более, с такой и так. – Насмешливый взгляд окидывает меня с головы до ног.

– Ещё скажи, что это всё ты сделал не специально, – фыркаю, руками обозначив собственные формы. Заметно отъевшиеся после истории с Тадеашем.

– Специально, – усмехается Марек, изучая вид за окном, – но я не рассчитывал на такой эффект.

– Кстати, об этом. – Вздохнув, я занимаю кресло, в котором он сидел. – Для этой вашей истинности что, достаточно пары обжиманий и детского поцелуя?