– Марек запечатал «Волчью Тень», – отзывается Новотный, недовольно зыркая на всех по очереди и они возвращаются к мониторам. – Думаешь, это просто слова? С этого момента и до того, пока не найдут убийцу, никто не сможет отсюда выйти.

– Ты серьёзно? – выдыхаю я, глядя прямо Яну в глаза.

– Похоже, что я шучу?

***

– Это твоё логово, твои гости и ты хочешь убедить меня, что не в курсе, кто убил Влада?

– Я. Не. Знаю.

Чёртов дом! Чёртовы кланы! Чёртова власть! Поэтому Марек и сбежал тогда, много лет назад, осознав, наконец, каким счастьем стал интернат для ненужных никому волчат.

– Последний раз я видел его месяц назад, Влад просил отпуск, – отец равнодушно сидит за собственным столом, но Мареку, в отличие от всех, видно с какой силой сжимаются тонкие пальцы на бокале. – Я разрешил, и он уехал. Не знаю куда, не знаю зачем. Влад планировал приехать вчера и поговорить, но что-то у него не сложилось, а сегодня занят был я.

Конечно, ведь Джерк Гавел не тот, кто отложит собственные дела ради хоть одного из сыновей. Шанс был у сестры, но и для этого должно было случиться что-то из ряда вон.

– Как и всегда, – ровно отзывается Марек и, запустив руку в короткие волосы, проходит по кабинету отца туда-сюда.

– Не тебе жаловаться, Мар, – кривится тот. – Тебя я принимаю в любое время дня и ночи.

– Просто потому, что я прихожу, когда дело касается твоей шкуры, – усмехается Марек и замирает, упершись взглядом в книжный шкаф. – Что с камерами?

– Сервера взломаны, изображение на мониторах охраны подменили. – Марек морщится, глядя как отец делает большой глоток.

Хреново. Очень, учитывая, что в закрытой «Волчьей Тени» нечем заняться, кроме как опустошать отцовские погреба. И тридцать шесть вампиров, тридцать два человека и двести сорок семь, нестабильных после прервавшейся охоты, оборотней займутся именно этим.

– Что с размещением?

– Третий этаж отдали вампирам, второй займет большая часть оборотней, а тех, кто поадекватней, людей и твоих расселили на первом.

– Думаешь, от высоты вампиры ослабнут?

Ультрафиолет он ультрафиолет и есть – гореть вампиров, конечно, не заставляет, но в самолётах они летают с крайне кислым выражением лица. Вот только третий этаж не настолько высоко, чтобы они ощутили разницу.

– Ты запечатал «Волчью Тень». – Достав из стола бутылку, отец заново наполняет бокал. – Я лишь пытаюсь минимизировать ущерб.

– А как ты минимизируешь ущерб от смерти Влада? – Пусть никто из них не был близок друг другу, но братьями они от этого быть не переставали. – Завтра он должен был быть представлен главам как твой преемник…

– Глава над главами – выборная должность, – со смешком напоминает отец.

– Но не владелец «Волчьей Тени», – опершись ладонями о его стол, Марек угрожающе наклоняется, – а это почти стопроцентный аргумент в голосовании. Ты обязан представить приемника, раз заявился, вот только Влад мёртв.

Молча отсалютовав ему, отец самодовольно улыбается:

– Но ты ведь здесь.

– Мне надоело! – Ррезко поднявшись с дивана, где у меня было всё – кофе, закуски и мужские взгляды, я в два шага достигаю двери, но куда мне до волчьей реакции.

– Слэчно Щенкевич, вы…

Упираться в чужую каменную грудь удовольствие ниже среднего, и я отхожу на шаг, параллельно переходя на другое, своё истинное, зрение.

Так, волчок, а у тебя проблемы. Из той категории, которая очень не понравится твоей подружке, чью метку мне тоже хорошо видно. По привычке, с ёкнувшим сердцем, я бросаю взгляд на свои руки, но крови на них больше нет. Зато, если потянуть вот за эту зелёную ниточку, двухметровая живая преграда мгновенно приляжет отдохнуть на пару часов.

Жаль, конечно, что на полу плитка, но ничего, у этих ребят головы крепкие.

Снисходительно хмыкнув, я легко перебираю пальцами, ища нужную нить, а то так можно и навсегда прилечь, но раздавшийся голос сбивает с пути:

– Роб, ты бы отошёл, пока слэчно думает вырубить тебя на час или навечно.

Презрительно хмыкнув, тот, кого назвали Робом, отходит в сторону и получает насмешливый взгляд уже от Яна.

– Это ты, Роберт, зря. Никогда не обольщайся насчёт способностей женщины, особенно, если ничего про неё не знаешь.

Обернувшись, я вижу на лице Роба явный скептицизм и с трудом сдерживаюсь от демонстрации.

– Что тут? – К нам входит Марек, и в комнате становится совсем не продохнуть от концентрации тестостерона. – Что-нибудь нашли?

– Пусто, – качает головой Ян, – ни травинки не колыхнулось, ни в одном из выходов. Я послал туда наших – то ли работали в паре с ведьмаком, то ли…

– Это кто-то из гостей, – мрачно заканчивает Марек, и я бы возмутилась игнорированию, но он вовремя берёт меня за руку и тянет за собой к камерам. – Оль, посмотри, может, ты что-нибудь увидишь?