– Пожалуйста, посмотрите, положил ли я зубную пасту и бритву, - не слыша секретаршу, попросил посол.

– Но, господин посол, вас же сегодня ждут в Уайтхолле. Вы же не можете вот так...

– Пусть едет Гарри, - Бреннан застегнул на сумке молнию.
– Извинитесь. Ведь именно затем вы здесь и сидите. И отлично со всем этим справляетесь. Завтра к обеду я уже вернусь.

– Но, может быть, вы хотя бы скажете мне, куда и к кому вы летите?

– Если я открою вам, что у меня назначена встреча с одним сумасшедшим монахом, вы мне поверите, а?
– улыбнулся Бреннан.

А его секретарша подумала о том, что судя по его поведению за последнее время, так оно все, видимо, и есть на самом деле. Удивляться тут нечему. Она вполне поверила Бреннану.

– До завтра, - бросил на прощание посол и вышел из кабинета. Через плечо у него болталась сумка, темные очки скрывали синяки под глазами, а на лбу была повязка. Да, видочек, что надо, мелькнуло в голове у секретарши.

Она смотрела вслед Бреннану, затем мельком взглянула на герб Соединенных Штатов и, коснувшись рукой телефона, вслух заметила:

– Господи, Боже мой, я-то что из кожи вон лезу? Мне-то что до всего этого?

Она была всего-навсего прекрасным солдатом, выполняющим любой приказ своего генерала - и все тут. Спрос с нее невелик.

И секретарша посла вернулась к своему письменному столу, чтобы, как всегда, отвечать на телефонные звонки и усердно выполнять свои обязанности.

***

Iебольшой самолет взял курс на юго-восток через Францию. Сидя в салоне, Бреннан то и дело дотрагивался до повязки и даже мог нащупать хирургические швы на лбу. Врач заверил его, что небольшие шрамы все-таки останутся, но они не обезобразят его лица. Но вот кто сотрет шрам, появившийся в его душе, хотел бы он знать?

В который раз перечитывал Бреннан мятую телеграмму, извлеченную из брючного кармана. Он не мог уловить в этом послании и намека на проявление эмоций. Здесь холодно сообщалось о том, что священник на смертном одре пожелал увидеть его - Бреннана - по весьма важному делу. Посол еще раз прочел адрес госпиталя. Наверное, найти его можно будет без труда.

Бреннан выглянул в иллюминатор. Внезапно он поймал себя на мысли, что летит тем же маршрутом, которым следовали и его предшественники: Роберт Торн, и Дулан, и Финн.

Он вызвал стюардессу и заказал виски.

– Ничего, я еще пока живехонек, - пробубнил он себе под нос.

– Сэр?
– не поняла стюардесса.

– Ничего, ничего, - улыбнулся Бреннан.
– Решил испытать судьбу.

***

Nамолет приземлился на одной из самых отдаленных посадочных полос, однако Бреннан очень быстро прошел таможенный контроль и прямиком направился к поджидавшему его такси. Секретарша заранее заказала машину и все устроила как надо. Единственное, что Бреннана сейчас волновало, так это отношение римских властей к его анонимному визиту. Скорее всего они не обратят на это никакого внимания. Ведь они по горло сыты своими собственными проблемами. А тут еще ворочать мозгами, с какого это перепугу дипломату приспичило заявиться частным порядком, то бишь инкогнито.

Поездка на восток заняла более двух часов. Наконец они добрались до той деревушки. Больница располагалась в укромном уголке, подальше от людских глаз.

Бреннан взглянул на вывеску и застонал. Боже, ему ведь и в голову не приходило, что это может оказаться госпиталь для душевнобольных. Он притормозил у ворот и, на мгновение откинувшись на спинку сиденья, глубоко и тяжело вздохнул. Похоже, он зря потратил время. Воображение рисовало ему совсем иную картину: вот он стоит возле постели умирающего и беседует с этим достойным и благородным стариком, и тот благословляет его. Тут же непременно должны стоять в вазах прекрасные итальянские букеты цветов. И, конечно же, нежный, ласковый ветерок, какой дует только в Италии. А вместо этого Бреннану предстояла встреча с выжившим из ума беднягой. О, Господи!

Это было небольшое одноэтажное здание с крошечными оконцами. Войдя внутрь, Бреннан внезапно почувствовал панический страх. Страх, тем более сильный, что появился тот неожиданно и без видимых причин. А что если его - Бреннана сейчас повяжут здесь, в этом доме? Ведь никто, никогда не найдет его. Ибо ни одна живая душа в Лондоне не ведала, где сейчас находится американский посол...

Бреннан отогнал прочь эти глупые мысли и, заметив за столом дежурного живого и вполне нормального человека, заставил себя улыбнуться. Он представился и попросил о свидании со священником. Бреннану предложили чуточку подождать. Спустя минуту в одном из коридоров показался молодой человек. Посол сразу же узнал Френсиса- Вина перед этим монахом тяжким грузом легла на его плечи. Ведь если бы тогда, в Риме, Бреннан прислушался к словам этого монаха, несколько человеческих жизней были бы спасены...

– Спасибо, что приехали, - молодой человек протянул для приветствия руку, затем вдруг прижал Бреннана к себе, обнял его за плечи. Только теперь посол увидел, что лицо Френсиса залито слезами.

– Как он?
– нерешительно осведомился Бреннан.

– Скоро душа его освободится, - грустно и со спокойным достоинством сообщил брат Френсис. Протянув Бреннану руку, он увлек того вниз по коридору.

– Но почему он все-таки именно в этой больнице? Для...
– язык его не поворачивался произнести эти слова "для умалишенных".