– Можешь хотя бы оказать мне одну услугу?
– попросила Бренда.

– Миллион, но не сейчас.

– У тебя есть документы по делу Вэселека?

– Брендочка, милая, отстань, будь добра, от меня хоть на две минуты. Иначе у тебя будет дело еще об одном безголовом. Если забуду документацию, Двизл мне голову точно оторвет. Я и сопротивляться не буду.

Комиссар взял со стола папку и пошел к двери. Бренда преградила ему дорогу и спросила, давая понять всем своим видом, что на этот раз отказывать ей нельзя:

– Может, пообедаем?

Морран остановился и тяжело вздохнул:

– Пообедаем. Дай пройти.

Она отошла в сторону, и Фрэнк, добравшись до вешалки, принялся натягивать плащ.

– Когда?
– настаивала Бренда.

– А кто за это платить будет?
– поинтересовался комиссар уже в дверях.

– Я, - девушка бросилась за ним следом.
– Когда?

– Тогда через час. Через час с четвертью. Довольна?

По коридору им навстречу шел Стив.

– Комиссар, я к вам, - выпалил он.

– Ребята, через час! Внизу! Бога ради!
– взмолился Фрэнк.
– Он меня уже в машине ждет!
– и стремительно перебирая короткими толстыми ножками, побежал по коридору.

– Что это с ним?

– Ничего. Просто я его пригласила пообедать.

– Пригласи меня, - очаровательно улыбнулся Стив и пообещал: - Я не убегу. Кстати, ты сегодня отлично выглядишь. Как всегда.

– Спасибо. Кстати, - она прищурилась, - ты случайно к шефу не с материалами по делу Вэселека?

– С ними, а что?

– Тогда у меня есть ровно час, и я собираюсь с тобой пить кофе в твоем кабинете.

– Ну, пойдем. Я к твоим услугам, - галантно раскланялся Стив и повел Бренду к себе.

Бросив на стол документы, он подошел к полке, на которой стояла кофеварка, и засуетился, вытирая большим платком вспотевшую лысину. Через минуту кофе был готов. Налив крепкий напиток в чашки, Стив подал одну Бренде, одну взял себе, одну поставил остывать "на потом" и сел на край стола.

– Ну, - спросил он, приготовившись к разговору, - что тебе нужно?

– Я хочу поговорить с тобой об этом деле с обезглавленным трупом в гараже "Мэдисон".

– Что тебя интересует?

– Все с начала до конца. Ты же занимаешься этим делом?

– Лучше бы я им не занимался. Сейчас как на зло все хотят со мной поговорить именно об этом деле.

– А кого же еще это интересует?

– Как кого? Страховые компании, где были застрахованы взорвавшиеся автомобили.

– Но ведь это же проще простого, - удивилась Бренда.
– Даешь заключение, и все.

– Дело в том, - начал долгое объяснение Стив, - что я не могу дать заключение о причине взрыва. Потому что не могу сказать перед присяжными: "Это все взорвалось потому что взорвалось". Бренда, милая, давай сменим тему? Мне это все уже порядком надоело.

– Не психуй. Давай вместе попробуем во всем разобраться. В конце концов, это твоя работа, а мне это просто интересно, я ведь не присяжный заседатель и не судья.

– Попробуй разберись!
– иронически воскликнул Стив.
– Там взорвалось семьдесят восемь машин. Две из них я привез на экспертизу сразу, а остальные мы осмотрели потом уже на свалке. Боже, это просто титанический труд!

– И что же?

– Ничего.

– В каком смысле?

– В том, что никаких следов взрывчатки. Более того, все машины взорваны изнутри. Вот, - он полез в стол и вынул тонкие листочки, почитай сама. Это заключение, которое они мне дали, заявив, что больше ничего не могут для меня сделать.

Бренда взяла бумаги и забегала глазами по строчкам.

– Ничего не понимаю, - произнесла она, закончив читать.

– Я тоже.

– Нет, они, конечно, любят давать пространные отчеты ни о чем, но... Тут же просто ничего нет.

– Нет! Обрати внимание на восьмой пункт.

– Подожди, тут их всего четыре.

– Четыре?
– Стив заглянул в заключение.
– Вот черт, забыл!

Он опять нырнул в ящик стола и извлек оттуда очередные бумажки.

– Вот еще. Читай.

Бренда на несколько минут погрузилась в чтение документации. Дочитав, она подняла на Стива удивленные глаза.

– Ничего себе! Эти бездельники заключили, что машины сами развалились. От старости.

– Да. Дескать, усталость металла, повышенный электромагнитный фон, словно в них попала молния. Хотя какая к матери молния, если они нигде не то что не оплавлены - даже не обожжены! Ты представляешь, что со мной сделают представители страховых компаний, если я представлю такое заключение?