Нет такой стены, которую нельзя преодолеть. Нет системы, которую нельзя обмануть. И нет охраны, которая была бы бдительна постоянно.

Поэтому дополнительно к обычным мерам предосторожности объект был опоясан рвом. Мощные насосы разгоняли воду в нем до брандспойтной силы, исключая переправу вплавь.

На всякий случай - на какой именно, не знал, наверное, никто - во рву кишела и живая опасность.

Пираньи.

Мутантные рыбки-людоеды, у которых страсть к сырому мясу развита от природы, но реакция на человеческий запах вдобавок была усилена генной селекцией.

Не то что плыть - зайти в воду нельзя. Потому что выйти из нее можно - только скелетом.

Переправлялись по двое. Натянутый до звона тросик, вдоль которого скользили роликовые карабины, предохранял от сноса течением.

Вода вскипала вокруг людей, билась серебристым облаком: сотни мелких, с ладонь, рыбок тыкались в них курносыми мордами.

Но - только бессильно щелкали, обламываясь, острия не по размеру грозных клыков.

Поверх гидрокостюма каждый из людей был облачен в мелкую, тонкую кольчугу особо прочной стали. Эта же кольчуга защищала тянущиеся от дыхательных баллонов шланги.

Все это - а так же весьма увесистые тюки, притороченные к груди каждого, - отнюдь не облегчало передвижение. Когда аквалангисты достигли противоположного берега, они просто вынуждены были сделать передышку.

Всего их было шесть человек. Точнее, семь - но один остался по ту сторону, следить за переправой.

И среди этих шестерых находилась одна женщина. Но определить это стало возможно только после того, как они сняли маски.

Движения ее были не менее быстры, чем у остальных. А несомый груз не легче.

– Что за жизнь...
– пожаловался один из аквалангистов, вытирая мокрый от воды и пота лоб.
– Арбалеты, кольчуги... Скоро мы вообще будем против корпорации идти с мечами в руках!

(Он и не подозревал, насколько близок к истине...)

Женщина бросила взгляд в его сторону:

– Тебя что-то не устраивает, Джон?
– спросила она.

Тот пожал плечами:

– Да, что меня может устраивать?! Дикость ведь, средневековье сущее!

– Правильно. Средневековье, - с нажимом произнесла женщина.
– И мы здесь - именно для того, чтобы средневековье разрушить. Неужели об этом мало говорено?!

Джон снова пожал плечами. Видимо, это его не убедило.

– Да, говорено много, - ответил вместо него другой.

(Именно он стрелял из арбалета. И арбалет все еще висел у него на плече. Это было их единственное оружие.)

– Но сейчас действительно не время и не место продолжать разговор.

Он встал, и все поднялись вслед за ним. Даже Джон, которому в голосе арбалетчика почудилась недвусмысленная угроза.

Пожалуй, это ему не просто почудилось...

Человек с арбалетом наизготовку шел впереди. Все признавали сейчас его главенство, хотя вообще-то по статусу главой их была женщина. Но теперь они пристроились к арбалетчику, как бронетранспортеры - к танку при прорыве линии обороны. А тот все шагал себе вперед, и лишь по едва уловимой грузности фигуры можно было узнать, что это уже очень немолодой человек. Старшим из этой шестерки он годился в отцы, младшим - без малого в деды. Но грузность его дышала мощью, и уж его-то точно меньше всех угнетала тяжесть кольчуги, акваланга и тюков.

Имя его было Лесли О'Майер. Кое-кому в корпорации оно еще оставалось знакомым.

Лесли О'Майер, бывший бравый капитан Лесли, а ныне - полковник в отставке, не стал живой легендой, в отличие от Мак-Лауда. Да он и не нуждался в этом. Продолжал тянуть службу, постепенно вырастая в чинах.

И с каждым годом все лучше и лучше понимая сущность работы корпорации.

Именно это понимание и привело его к тому, что на настоящий день он был не просто полковником, но полковником в отставке. И весьма солидную пенсию ему словно швырнули в лицо: трать денежки и сиди себе тихо!

Плохо они его знали... Деньги швырнуть в лицо - все равно что перчатку.

Вызов на смертельную дуэль.

Вот почему он теперь шагал во главе тех, кого корпорация "Шилд" называла "террористами" и "диверсантами". И вовсе это не было парадоксом: человек, одно время возглавлявший охрану корпорации, лучше других знает ее уязвимые места.

И охраны, и корпорации.

18

Руки рефлекторно управляли машиной - и она несла его по привычному пути. Казалось, автомобиль, как умная лошадь под потерявшим поводья всадником, сам выбирает маршрут.

В сущности, не так уж и разнообразны были в последнее время маршруты. Особняк... театр... бар... Даже железной лошади под силу это выучить.

В приборную панель был вмонтирован экранчик небольшого телевизора. Сейчас на нем дергалась новомодная рок-звезда, оглушая слушателей поистине металлической музыкой.

Надо бы сменить программу... Но ни сил, ни воли нет, чтобы дотянуться до переключателя.

Пустота. Только теперь эта пустота не рождает образов прошлого...

Внезапно музыка оборвалась. Теперь с экрана вещал профессионально-бесстрастный голос диктора: