– Посвящать наркома иностранных дел товарища Литвинова я считаю излишним, - произнес Сталин.
– А товарищ Ягода скоро перестанет быть народным комиссаром внутренних дел. Много вопросов накопилось к товарищу Ягоде. Через несколько дней, после того как товарищ Киров закончит дела в Ленинграде и прибудет в Москву, состоится заседание Политбюро, на котором товарищ Ягода будет снят с должности, а на его место я постараюсь продавить кандидатуру товарища Кирова.

Максим на мгновение опешил. Он, конечно, надеялся, что Ягоду вскоре снимут с должности, но не ожидал, что это случится так быстро. Да и кандидатуру Кирова в роли наркома внутренних дел он не рассматривал, предполагая, что на эту должность на четыре года раньше назначат Берию. Впрочем, и Киров был неплохим вариантом, тем более что он уже знал от Максима, какие ошибки в другой истории совершило руководство НКВД.

«Что ж, может и удастся на этот раз избежать Большого террора», - подумал про себя Белов.

– Товарищ Сталин, если не секрет, а кто станет первым секретарем Ленинградского обкома вместо товарища Кирова?
– поинтересовался Максим уже вслух.

– Товарищ Жданов, - ответил Сталин.
– Товарищ Киров сейчас передает ему дела.

– Надо же, как интересно получается, - протянул Максим.
– Товарищ Киров остался жив, а Ленинградский обком все равно возглавит товарищ Жданов. Похоже, история не собирается так просто сходить с накатанной колеи…

– В вашей истории после смерти Сергея на его место тоже был назначен товарищ Жданов?
– уточнил Сталин.
– И как он справлялся с руководством Ленинградским обкомом?

– Если не ошибаюсь, товарищ Жданов занимал пост первого секретаря Ленинградского обкома ВКП(б) до самого сорок пятого года, и со своими обязанностями справлялся вполне успешно, - ответил Максим.

– Хорошо, товарищ Белов, - кивнул Сталин.
– Теперь давайте поговорим с вами о том, зачем я вас пригласил. Скажите, как образом вы предполагаете передавать нам знания о будущем, которыми вы обладаете?

– Часть информации я предполагаю напрямую передать либо лично вам, либо специально отобранным людям, посвященным в тайну происхождения этих сведений, - ответил Максим.
– Что же касается технологий и чертежей конкретных изделий, то, думаю, что лучше будет передавать их соответствующим институтам и конструкторским бюро по линии НКВД.

– И ничего не объяснять, да?
– понимающе хмыкнул Сталин.

– Именно так, - кивнул Максим.
– Вот вам ящик с документами, вот техническое задание. Работайте и не спрашивайте, откуда мы это взяли. Разведка добыла. Не исключено, что по отдельным вопросам мне придется помогать нашим конструкторам советом, но и это возможно будет делать, не выдавая моего происхождения.

– Каким же образом?
– едва заметно улыбнулся Сталин, поощряя Максима продолжить.

– Мне нужна должность в НКВД, - ответил Максим.
– Тогда меня можно будет официально отправлять в конструкторские бюро в качестве консультанта. Думаю, звания лейтенанта для этого будет вполне достаточно.

– Неплохое решение, - кивнул Сталин и, чуть прищурившись, посмотрел на Максима.
– Вот только у нас ни в Красной армии, ни в НКВД нет лейтенантов.

– Будут, товарищ Сталин, - ответил Максим.
– Персональные звания в РККА и НКВД введут в конце следующего года. Если хотите, могу поискать точную дату постановлений…

– Не нужно, - покачал головой Сталин.
– Идея о зачислении вас в ряды НКВД кажется мне хорошей, но давайте вернемся к ней после того, как товарищ Киров официально сменит товарища Ягоду.

– Спасибо, товарищ Сталин, - кивнул Максим.

– А сейчас, товарищ Белов, ели вы еще не собираетесь спать, покажите, пожалуйста, какой-нибудь хороший фильм, - предложил Сталин.

– Почему бы и нет?
– пожал плечами Максим, открывая папку с фильмами.
– Так, чтобы вам такое показать? Может, «Веселых ребят»? Нет, не стоит…

– И почему же не стоит показывать товарищу Сталину «Веселых ребят»?
– усмехнулся Иосиф Виссарионович.

– Премьера «Веселых ребят» состоится в конце декабря, так что лучше будет, если вы посмотрите этот фильм на большом экране. Поверьте, он того стоит!
– ответил Максим.
– Вот что, покажу-ка я вам «Александра Невского» тридцать восьмого года. Отличный патриотический фильм.

– А вы не преувеличиваете, товарищ Белов?
– поинтересовался Сталин.

– Ну, режиссер Эйзенштейн за этот фильм получил Сталинскую премию первой степени, - пожал плечами Максим, запуская фильм.
– Впрочем, вы сейчас сами увидите…

После вступительных титров, когда на экране появилось поле, полное костей, а из динамиков зазвучала музыка Прокофьева, весь скепсис товарища Сталина разом пропал, и все без малого два часа, что длился фильм, он провел, не отрывая глаз от экрана.

4 декабря 1934 года. 01:12.

Литерный поезд И. В. Сталина.

– Сильное кино, правильное, - произнес Иосиф Виссарионович после того, как фильм закончился.
– Очень правильное кино, не зря товарищу Эйзенштейну премию присудили. Кстати, товарищ Белов, а что такое Сталинская премия?