— У него сын служит в министерстве внутренних дел. Репутация у него безупречная и он рассчитывает выслужится до потомственного дворянства. Любой инцидент с родителем погубит ему карьеру. Так что хозяин постоялого двора будет у нас как шелковый.

— А кто его хозяева австрийцы или господин канцлер?

— Австрийцы, господин Нессельроде даже не знает о его существовании, — пикантная ситуация, по понятиям 21-ого века канцлер и министр иностранных дел имеет какой-то контакт с иностранным резидентом. И ему за это могут даже простого «фи» не сказать. Сейчас на фоне всяких великосветских салонов где Родиной открыто торгуют оптом и в розницу это невинные шалости. И так по всей Европе, одни русские салоны чего стоят, например светлейшей княгини Дарьи Христофоровеы Ливен. Но как бы то ни было, лыко в строку все равно вставить можно.

Видя, что я в своих мыслях куда-то ушел, Сергей Петрович замолчал, ожидая моего возвращения.

— С этим понятно, а что с самим Сотниковым и его подручным? — начинать вообще-то надо было с виновника торжества, а не с его подручных, поэтому я решил ускорить процесс.

— Господин Сотников личный агент фона Меттерниха, его несколько лет назад австрийцы схватили за банальный разбой в Вене. Там его ждала петля, но он попал в руки очень умного человека который отдал его Меттерниху. И теперь цена службы этого негодяя его жизнь. А свои похождения он вкратце вот тут описал, — Сргей Петрович показал десяток листов исписанных мелким убористым почерком.

— И как вы с ним предлагаете поступить? — Сергей Петрович склонил голову и и развел руками, ответ вообще-то очевидный.

— Конечно и его надо отпустить с миром. Теперь он будет нам служить. Я ему пообещал за примерную службу убежище в дальних краях.

— И что он согласен? — такой поворот дела меня очень удивил.

— Согласен не то слово, грехов у него много, петля его ждет не только в Австрии, но и во Франции. По крайней мере так хозяин постоялого двора заявил. А подручный господина Сотникова готов от него хоть сейчас на край света бежать. Он крепостной жены Нессельроде и мечтает только о воле, — от ядовитых ухмылок Сергея Петровича мне как-то стало не себе и у меня появилось острое желание поскорее покончить с этим делом.

Сергей Петрович похоже понял меня без слов и быстро, чуть ли не скороговоркой закончил.

— Мужику этому я предлагаю помочь обрести свободу сначала у нас в Забайкалье, а потом на Аляске. Сотников пусть сам объясняется с Нессельроде. И вы позволите, Алексей Андреевич, мне дополнительно объясниться с Александром Христофоровичем. Я приготовил специально для него бумагу, где изложил дополнительную информацию о навете на вас. Вы естественно получаетесь в этом деле ни при чем, это моя инициатива.

— Хорошо, давайте сейчас сделаем так как вы говорите, — я сделал ударение на слове сейчас. Если вдруг Государь или Бенкендорф поинтересуются известно ли мне я о происшедшем на постоялом дворе, то я отвечу да. Негоже светлейшему князю прятаться за спины своих людей.

Сергей Петрович тут же уехал, а я в пресквернейшем настроении поплелся в спальню. Соня естественно не спала и ожидала меня. Она без слов поняла что произошло что-то не хорошее и вопросительно посмотрела на меня.

Я поцеловал жену, обнял и максимально нежно и ласково прошептал ей на ушко:

— Всё хорошо. Не сердись, но я сейчас не в силах тебе рассказать в чем дело.

Соня тут же заснула, а у меня сна не было ни в одном глазу. Я лежал и думал о сегоднещней ночи, правильно ли я поступил, поручив такое дело Сергею Петровичу. В его верности я не сомневался, рояль в кустах работал безошибочно и даже более того, он еще выполнял и роль дальнобойной артиллерии крупного калибра, потенциальные предатели даже близко не рисковали приближаться в моей светлости.

Я иногда чувствовал появление на горизонте таких персонажей, но они тут же исчезали из поля моего зрения.

Всё дело было в моей нынешней дворянской и княжестой чести. Я считал неправильным что на такое потенциально опасное дело пошел Сергей Петрович, а не я сам. Только его категоричность склонила меня сказать «да» на его предложение. Но настроение у меня из-за этого было пресквернейшее, только мысль, что от меня уже сейчас зависит огромное количество людей, немного сглаживала ситуацию.

У Соня похоже наступила разрядка после всех напрягов последней нашей кругосветки и она крепко заснула.

Я же промучившись часа полтора решил встать. Всё таки коммунальные удобства это великая вещь. Контрастный душ сотворил чудо, усталость ушла и у меня появилось чувство, что вода смыла в канализацию и все неприятности.

Стоя под струями воды я принял окончательные решения по трем непростым вопросам: временно заморозить строительство морских заводов, изменить схему увеличения своих земельных владений в Европейской России и самое главное — действительно срочно ехать в Забайкалье.

Сергей Петрович из Царского Села вернулся неожиданно быстро, как раз чтобы успеть к утреннему чаепитию.