А вот и они — Аня и Виктор.

Разглядываю в упор. Позитивные уверенные в себе, верящие в светлое будущее молодые люди.

На девушке даже яркий красный шарф, который она обвила вокруг шеи, словно броню против холода и тревог. Волосы собраны в пучок, но несколько прядей выбились и теперь играют с ветром.

Подхожу ближе, девушка чуть напряженно улыбается. Её зелёные глаза смотрят прямо на меня честно о открыто.

— Макар Сомов, — представляюсь я

— Аня Веснина.

— Виктор Карбышев.

Однако, фамилия у парня. Может он потомок знаменитого генерала Карбышева… Жму ребятам руки. Мы садимся на скамейку неподалеку, в стороне от суеты. Вокруг деревья стоят голыми скелетами, а под ногами грязь от первого растаявшего снега.

— Макар, Оля сказала, что ты очень надежный и серьезный человек, — начинает Аня, едва мы усаживаемся.

Оля! Когда уж только я доберусь до тебя…

— Ваня, сын Марины — он у моей тётки. Я навещаю их, но у меня такое ощущение, что за мной кто–то следит.

Одна пропажа нашлась, — отмечаю мысленно.

— Ты не параноик? — шучу, но в её глазах не вижу огонька веселья.

— Макар, это не шутки, — её голос становится жестче. — Я нашла новое место для Вани — надежное. У моей первой школьной учительницы в деревне под Москвой. Но за нами с Виктором кто–то следит.

Перевожу взгляд на молодого мужчину. Он кивает.

— Хорошо, — говорю, кивая. — Я помогу. Вроде всё просто: забираю пацана и отвожу его в деревню, так?

Оба кивают, но лица обоих остаются напряжёнными. Похоже, сильно переживают за пацана.

— Скажите, почему Ника Королева так интересуется мальчишкой? — осторожно вывожу на новый виток разговора.

Веснина вздыхает, и я вижу, как её плечи опускаются, будто она несет на себе тяжёлый груз.

В разговор вступает парень.

— Ника всегда была странной, — говорит Витя. — Если с Ольховской что–то случилось, мы не отдадим Ваню Нике. Ни за что, — категорично заявляет он.

— Почему? — интересуюсь я, чувствуя, как у меня возникает нехорошее предчувствие.

Молодые люди молчат, переглядываются между собой.

— У Ники есть сестра, Виктория. Она замужем, но у них нет детей, — произносит Витя. — Если только Ваня попадёт к Нике, то она тут же отдаст его своей сестре Виктории.

— Ваня привязан к нам. Мы с Витей, — голос Ани дрожит и затихает.

— Вы с Витей что? — Перевожу взгляд с одного на другого.

— Мы с Витей хотим пожениться, — наконец произносит Анна, её глаза наполняются слезами, которые она отчаянно пытается сдержать. — Если что–то действительно с Мариной случилось, мы усыновим Ваню сами.

— Нике мы его не отдам, — жестко повторяет Виктор. — Мы не доверяем ни ей, ни ее сестре Виктории.

Слова его виснут в воздухе, как молчаливый вызов.

Теперь глубокая заинтересованность Королевой в этом деле приобретает неожиданный поворот.

Но если она так заинтересована, то может быть и причастной.

Хотя это слишком даже для нее.

С другой стороны, она наняла меня искать Ольховскую и ее сына. Почему она не обратилась к профессиональным сыщикам? К ментам? Хотя последние и так ищут. Но она почему–то очень спешит и суетится.

Чего она боится?

А потом еще эта темная и странная личность — Григорий Игнатов.

Он реально замешан?

Или как — то мешает Королевой?

— Расскажите, как пропала Марина Ольховская? — обращаюсь к паре.

— Просто не вернулась с работы, и все. Сама она никогда бы так не поступила, Марина обожает Ванечку, — Анна закрывает лицо руками.

Виктор обнимает ее, прижимает к груди.

— Когда она не пришла домой, то няня — Инесса Петровна привела Ваню к нам, — говорит Виктор. — Нашла наш адрес, записанный у Марины в блокноте.

Ванька был растерянным и напуганным. Ему всего пять, а он уже потерял маму и все время плакал.

Тут до нас доноситсядетский смех.

Рядом со скамейкой, на который мы сидим по дорожке бежит малыш лет четырех, и мама ловит его, раскинув широко руки. Ребенок заливается смехом. Перевожу взгляд на Веснину. Она улыбается, глядя на молодую маму с ребенком.

— Мой Витя хороший, настоящий советский человек! — оживает она. — Работящий, честный, добрый. Витя рос в рабочей семье, с малых лет знал, что такое труд. Он тот, кого можно назвать «папой».