— Подожди, Миша, — попросила Великая княжна. — Позволь вначале мне сказать несколько слов. Эльфы в долгу перед тобой, граф Белов. Я вижу, что парень ты умный и весьма талантливый. И как это тебя не заметили раньше? — короткий взгляд на императора. Тот так же еле заметно пожал плечами, мол, сам понимаю, недоработка. — Не уверена, что мы бы смогли вызволить Вейлиэтту из плена. Уж слишком большая сила оказалась в руках её брата.

— Он пользуется запретной магией, — влезла с комментарием принцесса. — Мы видели дневник, где описываются страшные ритуалы, которые позволяют усилить одного мага за счёт других.

Лица всех собравшихся тут же помрачнели, а по залу начала распространяться давящая аура сильных одарённых.

— Мы обязательно поговорим с тобой на эту тему, — ответила княжна. — Сейчас я хочу решить вопрос с наградой графа.

— Я отправлялся на помощь не ради награды, — пожал плечами я. — Моя подруга оказалась в сложной ситуации, и мне по силам было ей помочь. Для друзей я готов пойти на многое. Всё, что мне надо, я могу добыть сам. Не сочтите за дерзость или неуважение, но мне ничего не надо ни от уважаемой Великой княжны, ни от не менее уважаемого императора. Есть только одна просьба. Можно сделать так, чтобы баронесса Снегирёва получила статус совершеннолетней, а вместе с ним и возможность изменить свою судьбу? Она не хочет выходить замуж за княжича Успенского. Я вообще не понимаю этой традиции — насильно выдавать замуж по велению главы рода. На мой взгляд, давно пора отказаться от этого архаичного закона.

Сказать, что сильные мира сего были в шоке, — это ничего не сказать. Их, наверное, можно понять, наверняка же они привыкли к вечной жажде власти и наживы окружающих придворных подхалимов и аристократов разного калибра, пытающихся откусить от монархии кусочек пожирнее. Я ведь мог потребовать практически всё что угодно, но мне действительно ничего не надо. Я привык всего добиваться сам. Дадут — отказываться не буду, но просить, тем более за помощь другу, нет уж, увольте, это не в моих правилах.

— Так как я буду жить в этом замке, — прервала гнетущую тишину Виалета, — считаю целесообразным защитить земли графа Белова. Великий лес по периметру и три корпуса рейнджеров станут достойной наградой.

— И кто же тебе сказал, что ты будешь жить в этом замке? — нахмурился император.

— А кто мне запретит это сделать? — в тон отцу ответила Вейлиэтта. — Я уже сказала тебе, что стала взрослой. Единственная, кто может мне запретить что-либо, — моя княжна, но бабушка никогда не пойдёт на принуждение, потому как если она это сделает, то лишит народ эльфов величайшей правительницы за всю историю. Я видела это бабушка. Как ты и говорила. Сразу после зачатия я потянулась к линиям судьбы и видела будущее своей дочери. Нашей с Андреем дочери. И если вы меня заберёте из этого дома, то это будущее так и останется видением. Так же как если надавите на графа и попытаетесь прогнуть его под себя. У Андрея свой, не менее великий путь, и моя судьба — до поры до времени находиться рядом с ним. Я всё сказала. Теперь решайте.

— Без согласования с императором России я не могу отдать приказ вырастить на территории союзного государства Живой лес, — приняла решение Фиалантаэлла. — И уж тем более не могу ввести три тысячи элитных бойцов.

Взгляды всех собравшихся обратились на императора, в крови которого бушевала ярость. Видать, я поломал ему какую-то сложную политическую комбинацию, и теперь он готов выплеснуть на меня свой гнев.

— Я приму решение после разговора со своим подчинённым, — озвучил свои мысли Михаил Александрович.

— Ваше Величество, прошу проследовать за мной в библиотеку, там нас никто не побеспокоит, — правильно уловив намёк императора, проговорил я.

Ну что же. Можно и поговорить.

Неладное я почувствовал уже на подходе к библиотеке. Из-за плотно сомкнутых дверей доносились странные звуки. Позади меня шёл император и, судя по размеренным шагам, был не намерен снижать темп. Вот позору-то будет, если они там занимаются тем, о чём я подумал. Может, притвориться, что дверь заклинило? Эх, не поверит же. Ладно, в случае чего постараюсь перевести всё в шутку. Ну не лишит же их император жизни за такой пустяк? Правда ведь?

Распахнув дверь, мы с Михаилом Александровичем стали свидетелями весьма интересной картины. Сергей расхаживал по ковру и командным голосом считал, а Орлика после каждой произнесённой цифры делала отжимание. Судя по тому, что счёт перевалил уже за четыреста девяносто, занимаются они этим делом уже давно.

— Пятьсот, так, держать планку, — скомандовал Сергей. — Запоминай, каждый вассал аристократа должен…

Хм, а Серёга не подвёл, быстро разобрался, кто тут главный, и начал наводить порядок. Молодца, хвалю.

— Мне тут доложили, что ты перекупаешь ценные кадры у империи, граф, — нарушил тишину Михаил Александрович. — И не стыдно тебе? Смотри, какого орла лишилась моя гвардия. Не жалко двадцати миллионов?

— А куда деваться, Ваше Императорское Величество, — со вздохом ответил я. — Ну, сами посудите, у вас он был бы одним из тысяч таких же. Муштра, скучные караульные задания, редкие рейды в зону, заслуженная пенсия лет через сорок, титул барона и небольшой земельный надел — скукота же, а у меня целый начальник родовой гвардии и масса врагов, на которых можно практиковать свои умения. Куча перспектив для личностного роста. А деньги? Что там этих денег, — небрежно махнул рукой я, — могу хоть сейчас выплатить долг за выкуп контракта Сергея и погасить если не весь родовой кредит, то уж большую его часть. Надо только трофеи реализовать.