– Вы не любите кошек? – тихо ворчала я, прокалывая упругие ягоды собственной булавкой для того, чтобы они оставались в варенье целыми и не превратились в кашу. – Вы просто не умеете их готовить.

После чего под пристальными взглядами повара Симона и деда, куда уж без него, я наколупала некоторое количество сахара от сахарной головы, навскидку, чуть больше, чем самих ягод, после чего сварила сахарный сироп, просто растворив сахар на небольшом огне, остудила его и осторожно влила в кастрюлю с ягодами, постоянно помешивая. После остудила и решила, что вышло то, что надо.

– Как-то так, - сказала я, задумчиво смотря на получившееся варенье.

На мой взгляд неплохо, во всяком случае, его вид был идентичным тому, что я неоднократно готовила ранее. Однако, чувствовалось, что мои домочадцы были впечатлены тому, что можно приготовить из обычных ягод кизила.

– Думаю, ты права, Тина, - осторожно попробовав варенье, сказала Тейна, - это может пользоваться спросом в других странах.

Повар, который внимательно смотрел за процессом, жизнерадостно кивнул своим мыслям и уже через пару мгновений волок здоровую корзину с инжиром, которую со счастливым видом предъявил миру.

– Вот, незатейливо сообщил он, показывая на урожай, - переспели малость, теперь только выбросить осталось. Может, и они куда сгодятся?

Я только усмехнулась, просчитав рачительного мужика, который был готов переработать весь неликвид, который был в хранилище.

– Джем из инжира, - менторским голосом сказала я и назидательно подняла палец вверх, - это очень просто, быстро и вкусно! Берём спелые и мягкие фрукты… в нашем случае, конечно, переспелые фрукты, тщательно моем, обрезаем хвостики, разминаем до фруктового пюре и варим с сахаром.

За честь первым попробовать блюдо боролись двое, но победила молодость и беспринципность, поэтому Сиона уже облизывала ложку, когда дед Гаспар только набирал в грудь воздуха для того, чтобы качественно возмутиться.

– Торговать можно попробовать, но только в порту Сен-Симона, чтобы надёжно было, - заметила Леони.

Я кивнула и ответила, что нужно только изготовить необходимое количество стеклянных банок с плотной крышкой, куда можно было перелить варенье. Конструкция была довольно проста – некая ёмкость с горлышком, на которое надевается крышка и плотно обжимается металлическими зажимами. Нечто подобное я неоднократно видела раньше, так что первооткрывателем в этом мне не стать. Оно и к лучшему, я думаю – это хорошо, что лорд Седрик, господин Бернар и прочие, вполне лояльно отнеслись к моим задумкам, но вот об уважаемом кюре я этого сказать не могу. Дело в том, что после того, как он немного отошёл от пережитого стресса, тут же отправился шнырять по дому и саду, заглянул в коптильню и наседал на детей с вопросами, как им жилось раньше. Так что «прогрессируем» в меру. Начнём пока с простого, а дальше – как карта ляжет.

– Банок стеклянных можно заказать у стекольщика хоть завтра, когда торговать поедем. А то и ещё лучше – предложить ему масло, немного копчёных кур, – влез дед Гаспар.

Что же, бартер – это тоже неплохо. Конечно, тут, в нашей глуши, стеклянные банки и прочее, заметно дороже, нежели в том же Сен-Симоне. Но будем считать, что начинать с чего-то нужно, поэтому я удовлетворилась подобными полумерами и отправилась в свои комнаты, предоставив возможность деду и Сионе с удовольствием поспорить, есть ли какая-то экономическая выгода от того варенья, которое сварено сейчас, или же его можно съесть до последней капли. Судя по недовольному бухтению Сионы, решение было не в её пользу.

Уже засыпая, я, совершенно неожиданно для себя, поставила в памяти зарубку, что лорд Седрик вернётся в гавань Сен-Симона только через два месяца…

Глава 43

Пока всё шло по плану, заказанные банки с крышками стекольщик изготовил вовремя и, мучимый любопытством, вызвался самолично привезти их в поместье. Однако, ничего стоящего ему выяснить не удалось, кроме того, что наш сад охраняет «страхолюдская животная», обслуга у меня хамоватая и не позволила ему побродить по всем уголкам усадьбы, дабы прояснить, правда ли, что говорят люди, будто бы я барыня и самодура, и крестьяне у меня в притеснении великом находятся, выплачивают неизвестно какие штрафы и прочее. Так что он был вынужден отправиться назад не солоно хлебавши, что только усилило возмущение деревенской публики, которой он и рассказал о том, что отправился к новой хозяйке поместья Гийом.

Как бы то ни было, но необходимая тара в виде банок из толстого и мутноватого стекла, была нами получена, мы разложили полученные джемы, варенья и повидло, дополнительно его простерилизовали и отправились в город. Господин Ален, предварительно поставленный в известность о нашем визите, принял самое горячее участие в наших бедах и теперь размышлял, как нам помочь с продажами.

– О том, чтобы выставлять на местный рынок, не может быть и речи, тут вы правы, госпожа Тина. вещал он, размахивая ложкой, запачканной в джеме из инжира. – Хотя, вы, госпожа Тейна, рассказывали мне о том, что вы довольно интересно заключили договор с милордом Седриком.

Сошлись на том, что нынешнюю, пробную партию, мы продаём на «свободном рынке», напишем Седрику и предложим ещё и консервацию для продажи. А пока что мы должны узнать, какие корабли стоят в порту Сен-Симона и куда они направляются. Вот для того, чтобы добыть эту информацию, нам и понадобилась помощь господина Бернара. Услышав это, он только хмыкнул, закатил глаза, но промолчал, из чего мы с Тейной и сделали вывод, будто он согласен.

Примерно через полчаса наёмный экипаж уже останавливался возле здания администрации морского департамента в порту Сен-Симона. Ален выбрался сам после чего галантно помог нам с Тейной, прошёл внутрь здания департамента с таким заносчивым и высокомерным видом, который был для меня внове.