Галахад вспомнил любовника Клаудии. Как набросился на него посреди площади, на потеху толпе. Вспомнил, как то напуганное лицо медленно покрывалось кровью и синевой. Как из глаз пропадала жизнь. Что люди подумали в тот момент о сэре Галахаде, о великом рыцаре с подвигами, которых хватило бы на много лет вперёд?

— Превратилось в пустышку? — сказала Мария. — ты это хотел сказать?

— Что? — спросил растерянный рыцарь.

— Ты про Воларис говорил. Что он превратился в пустышку.

Галахад сделал несколько шагов вперед и оказался в самом центре площади. Он обратился к Марии.

— На такой же площади я убил недавно человека, — он указал пальцем на землю. — Я не знаю, любил ли он мою жену, не знаю была ли любовь Клаудии искренней. Я увидел его в толпе. Мне было страшно за себя. Как обо мне подумают, если я ничего не сделаю? Я выхватил его из толпы, повалил на землю и стал бить. Вот этими руками! И самое смешное…Знаешь, как я себя оправдываю за то, что разрушил их судьбы?

— Скажи мне.

— Я же великий рыцарь. Великим рыцарям не изменяют. Их жён одурманивают злодеи. И великие рыцари не убивают, а вершат правосудие. И не важно как. Я забил его голыми руками на глазах у женщин и детей. Я великий рыцарь — мне можно.

Он остановился. Сделал несколько глубоких вдохов. Лицо любовника жены опять всплыло перед ним. Как оно медленно покрывалось кровью. Кровью и безумным страхом перед встречей со смертью.

— И я думал, что мне надо оставаться великим рыцарем. Даже без подвигов последние пятнадцать лет, я всё ещё им оставался. Я думал, если не отомщу на глазах у людей, то всё потеряю. Окажусь пустышкой. Но теперь я вижу правду. Я был великим рыцарем, пока не напал на него. Даже с неверной женой, пока не убивал невиновных, я был рыцарем. А теперь я пустышка. Меня не должны определять по предательству людей, которых я любил. Меня должны определять по собственным поступкам. Сколько бы жён мне ни изменило, сколько бы гадостей ни говорили за спиной, — Галахад посмотрел на свои руки, — я могу лишь контролировать свои руки, когда достать меч, когда сказать слово, — он горько улыбнулся, — и уж точно не могу контролировать любовь.

Мария хотела обнять его так сильно, что у неё задрожали ноги. Они же понесли её вперед к нему. Она легонько стукнулась щекой об его живот и закинула руки ему за спину. Он обнял её в ответ.

— Это не твоя вина, что она тебя не любит, — сказала Мария ему в живот, — я знаю, как иногда бывает тяжело увидеть в себе что-то хорошее. Особенно, когда люди вокруг тебя говорят ужасные вещи. Но ты прошёл весь этот путь ради меня, — Мария отпустила рыцаря, отошла назад, чтобы заглянуть ему в лицо, — ради чего? Ни одна выгода не стоит этого пути. А ты усадил меня на лошадь и помог мне добраться до Волариса. Ты намного лучше, чем тебе кажется в те моменты, когда сомнения в твоей голове перевешивают здравый смысл. Ты великий рыцарь для меня. Извини, что не сказала этого раньше.

Она стояла рядом с ним на всё его обозрение. Ждала, пока он увидит. Его титул «великого рыцаря» был в её глазах. А она даже не слышала о большинстве его подвигов. Видела его убийцей и пьяницей, но глаза отражали восхищение и любовь.

Галахад заулыбался:

— Не странно ли, что ты меня утешаешь, а не я тебя? По возрасту нам положены разные роли.

— Вернёмся к обычным ролям, когда увидим дракона, — сглотнула Мария.

— Ты боишься?

Она слегка покраснела.

— Боюсь. Но с тобой боятся легче.

Они уже собирались идти дальше, как Мария добавила:

— Но мы можем остановиться, — затараторила Мария, — вернуться к Софии, найти способ покинуть город. А если не найдём его, то, по крайней мере, будем живы. Будем вместе. У нас будет время. Здесь у меня нет кошмаров, здесь никто не спит.

— Нет, это не жизнь. К тому же, разве ты не хочешь спасти Софию?

Мария на мгновенье задумалась, представила лицо Жанпольда, который встречает свою дочь спустя столько лет. Может быть, он даст им жильё — ей и Галахаду. Они поселяться там. Её устроят в школу, а Галахад встретит новую любовь. Они будут счастливы.

Мария протёрла глаза. Румянец почти спал.

— Да, я хочу спасти нас всех.

Глава двадцать пятая

Пройдя через площадь, их снова встретили пустые дома и пыльные улочки. К такому пейзажу Галахад привыкал быстрее, чем Мария, которая видела подобное впервые и никак не могла избавиться от мурашек по спине.

Город был большой, и шли они долго. Но они не уставали, были всегда начеку, и всё выискивали место, где мог поселиться дракон. Незаметно для себя они наконец добрались до длинной лестницы, ведущей вверх, к замку короля Якова. Он был большой, с острыми башнями, поднимающимися к небу. Именно их они видели, подходя к городу. Теперь же эти башни нависли над ними, предупреждая об опасности.

— Ступеньки…— выдохнула Мария. — Много ступенек.

Пустые улицы остались позади. Шаг за шагом они приближались к замку.

— Он должен быть там, правда? Король? — спросила Мария. — Что мы будем делать, когда встретим его?

— Это он тебя позвал. Вот и спросим зачем. Узнаем, видел ли он дракона. А дальше…дальше разберёмся.

— Звучит как план.

Когда они оказались достаточно высоко, Галахад повернулся назад. Он еще раз взглянул на город. Ему так хотелось почувствовать что-то большее, чем тихую печаль, с которой ничего нельзя сделать, о которой никому не поведаешь. Здесь нечего рассказывать, здесь не на что смотреть. Мёртвый город… люди так яростно спорят, рассуждают о смерти. Но никто не хочет смотреть на труп. На безжизненное тело.