Закончив своё странное и немного сумбурное обращение к высшим силам, я уже начал разворачиваться, чтобы уйти, когда услышал старый, надтреснутый голос:

— Давненько я не слышал столь дерзких слов в адрес асов. Хотя и чувствую, что твоя молитва шла от чистого сердца. Но неужто никто не обучил тебя правильным словам?

Повернувшись, я увидел благообразного старичка, вышедшего из-за идола. Это определённо был жрец главного трикстера всея Асгарда, все регалии, включая посох и изображения Ермунганда, почти догнавшего свой хвост на груди светло зелёной рясы, присутствовали. Я слегка склонил голову и ответил:

— Учили, но я не верю в то, что богам есть дело до слов смертных, лишь надеюсь, что они читают желание наших душ. К тому же я знаю лишь молитвы асам, а мой бог такой же ас, как я сам ассонсон.

— Забавно, юноша, забавно — развеселился священнослужитель, показав в улыбке крепкие белые зубы — И прям действительно ничего и никогда не просил?

— Не помню за собой такого. В последний и единственный раз вообще к идолу обращался на посвещении в мужчины — признался я, а потом решил, что раз сгорел сарай, то пускай горит и хата — Да и на кой ляд Локи последователь, который у него будет что-то клянчить? Неужто у бога других дел нет, кроме как смертному дураку помогать?

— Какой напор — хохотнул старик и кивнул на постамент — Нож-то не жалко?

— У меня будут и другие клинки, а у мёртвых эльфов новые души уже не заведутся — хмыкнул я — Так что ради такого дела нечего жаться.

— Не боишься, что я тебя за дерзость посохом с храмового холма прогоню? — задал новый вопрос жрец.

— Нет — отозвался я и понял, что ни каплю не кривлю душой — Я что хотел, то своему богу сказал и верю в его доброту. А что люди увидят, так Локи странный ас со странными жрецами, скорее все посмеются над нами двумя.

— Ну пусть смеются — улыбнувшись и перехватив свой посох ответил жрец, после чего резко заехал мне по рёбрам с криком — Ишь чего удумал, изверг! Локи добрым богом назвал! А ну убирайся прочь!

Одним ударом старикан не ограничился и натурально погнал меня с холма, костеря за то, что я посмел так хорошо отзываться о самом неоднозначном жителе чертогов Всеотца. Причём прыть жрец проявлял весьма незаурядную и бил от души. Чёртовы татуировки с чёртовой праной творили чудеса и отстал дедуля от меня только когда я покинул холм и забежал за угол ближайшего забора, что обрамлял двор какого-то богатого дома.

Выждав с десяток секунд, я убедился, что старикан за мной не завернул и осторожно выглянул за угол, глянув на улицу, что вела на храмовый холм. Там жреца тоже не оказалось, так что я выдохнул и проговорил, потирая ноющий хребет сразу на шеей:

— Бойкие нынче жрецы пошли, хоть и с юмором. А это что такое?

Ощупав себя, я обнаружил на шее серебряную цепочку с небольшим кулоном. Он представлял из себя двух змей, которые переплелись между собой в рисунке, напоминающем английскую букву «S». Священнослужитель определённо был товарищем незаурядным, раз пока выдавал мне люлей своей клюкой, умудрился незаметно отдариться за ножик символом нашего бога. Ещё раз глянув в изумрудные глаза серебряных змей, я хмыкнул и убрал кулон под рубаху, а затем отправился на городской рынок.

Традиции ассонов несколько отличались от земных, но тем не менее привезти каких-нибудь сувениров ближайшим родичам из путешествия считалось хорошим тоном. Я бы был в принципе не против подарить отцу и Тормоду по стволу хрустальной берёзы на древки копий, семья есть семья, но однако элементарно не мог. Учитель у нас очень многое решал за ученика, в том числе определял его долю в добыче. Так что мне кое-что перепало с тех четырёх марок, что алхимик заплатил за травы и требуху динозавров, но вот древесиной распоряжаться я рылом не вышел. Зато мне вполне хватило денег на две яркие праздничные рубахи для Йорана с моим братом и на тёплый и расшитый красивым узором платок для Келды. Была мысль купить мужской половине нашей семьи по кинжалу, тем более видел два красивых парных клинка, но дарить острую сталь кузнецу и его старшему сыну было бы глупостью. Моим же мелким братьям и сёстрам были выбраны свистульки и прочие игрушки. Я с ними конечно почти не общался, ограничиваясь Тормодом, с которым нам хотя бы было о чём поговорить, но кровь не вода и есть такое слово надо.

Закончив с покупками, я вернулся в дом Бруни, где Гнинольв бросил на меня странный взгляд, однако ничего не сказал. Ну да, задержался, бывает, на столичном рынке вообще много всякого есть, а в оружейных лавках я элементарно залип. С некоторых меня гоняли, не видя в моей скромной персоне денежного клиента, но кое-где продавцам было видимо скучно и они не брезговали ни поговорить со мной, ни позволить взять в руки оружие. А оно здесь было со всех концов света от изогнутых сяньских кавалерийских клинков до секир драконидов, сделанных из чёрной бронзы. Как мимо всего этого нормальный мужик пройти может, а?

Хорошо хоть моей силы воли всё же хватило, чтобы не зависнуть там капитально и вернувшись, я принялся за сборы. Мы с Гринольвом не то чтобы сильно распаковали свои вещи за один день, но тем не менее. А потом была баня… Я что-то уже и забыл когда в последний раз нормально мылся. Выходило что ещё во Фростхейме, когда мы наконец дошли до берега, да и это было такое себе мытьё. Влез в холодную морскую воду, матерясь от дубака, смысл основную грязь, а потом быстро обтёрся снегом, чтоб избавиться от соли. Наверно не пошёл бы и на это, но уж больно вонял после нашего похода вглубь неведомых земель. И так к своему состоянию притерпелся за время морского перехода, что вчера о мытье даже не вспомнил. Но я правда со стариками на вино налегал, там вообще много чего из башки вылетело. И нет, не вижу абсолютно никакого смысла думать о реакции двух эльфов на мой амбре.