— Доставка с аварией. Непреднамеренная! Чего раззаикался?

Валерика отправили на пост успокаиваться кроссвордом. Лоуд брюзжала:

— Вот что за пакеты нам втюхивают?! Чувствую, сейчас порвется, дай, думаю, остановлюсь, переложусь. Так он же, ющец его заешь, не один порвался, а все разом. Доколе этот «Лошан» со своей копеечной экономией будет над нами издеваться?!

— Что ж ты на кассе нормальные пакеты не взяла, а в эти хилые напихала? — удивлялся Вано.

— Полагаю, через кассу данная покупательница не проходила, — предположил опытный хозинспектор.

— Там очередь, — объяснила оборотень. — А еще сканер, что вредно для здоровья. Дайте хороший пакет и не взрывайте мне мозг, я и так страшно расстроена.

Игорь принес плотные пакеты, принялись собирать «покупки».

— В краску не вляпайтесь! — руководила гостья. — Знала бы, что такая вонючка, вообще бы не брала.

Спустились на склад, начали перекладывать и отирать с товаров брызги.

— Я как бы попутно, хотя имелся повод, — поясняла Лоуд. — Дел столько, что все разом не упомнишь, чертт бы их побрал. Фу, взмокла. Водички возьму, ничего?

— Вон стаканы, — сказал Игорь, вытирая руки.

Деятельная путешественница уже извлекла из-под стола бутылку минералки, ногтем сколупнула пробку. — Мля, а это чего?!

— «Ессентуки-17».

Оборотень сплюнула в урну, опасливо почмокала губами:

— По вкусу — бухто-припортовая, с островов Кау. С какой стати вы это пьете?

— Лечебная вода, для почек и желудка.

— Пиратская моча от почек помогает?! Удивительные у вас предрассудки.

В дверь склада негромко постучали:

— Прошу прощения, эта… госпожа, не у вас?

— Здесь, я здесь! — завопила гостья. — У вас есть терпение или нет? Вообще загоняли.

В дверь заглянул пилот-воздухоплаватель:

— Еще раз извиняюсь, но мы эту особу уже третий час ждем, рыбу удим.

— Что, не клюет, черноперка? — удивилась оборотень. — Вроде на закате должна брать. А я на секунду присела, пакеты полопались.

— А кого демона ты столько дряни набрала? — недобрым тоном поинтересовался пилот. — Ты за сверлами пошла или как?

— Это же гипермаркет. Там все вечно переставляют и запутывают. Не искать же ваши поганые сверла с пустыми руками?

— Сверла где? — кратко осведомился воздухоплаватель.

— Да вот они, куда им деваться, — Лоуд полезла в один из многочисленных карманов своих штанов и вытащила горсть пакетиков мелких сверл.

— А теперь в бумажку глянь, — не дрогнув даже глазом потребовал пилот.

— Чего в бумажку? Вот, так и написано: «12 по миллиметру». Я с запасом взяла.

— Там указано — 12-миллиметровое.

— Четче нужно писать! — рассердилась путешественница. — Уговаривались же, а вы опять как попало начеркаете и ждете невесть чего. Сейчас схожу…

Лоуд сунула напарнику бутылку с сомнительной минералкой и пошла к двери. Звуки шагов вне склада сразу оборвались — исчезать не на глазах людей — межпространственные правила приличия.

Вано предложил чаю пилоту, только успели разлить, как ввалилась оборотень:

— Берите свои сверла и не путайте меня больше!

«Макитских» сверл оказалась целая упаковка, заодно Лоуд прихватила две пары пассатижей, которые, как известно «вечно утериваются».

— А чай ничего себе, — признала оборотень, доедая изюм, сковырянный с «Калорийной» булочки. — Что ж, спасибо за хлеб-сахар, пора нам. Сынуля ждет, волнуется, если, конечно, не задрых или к девице своей не дернул.

— Ты безмозглости то поубавь, да вспомни чего забыла, — намекнул пилот Укс.

— Я забыла?! Ничего я не забыла, как раз перехожу, — оборотень зашарила по объемистым карманам штанов, кои общей грузоподъемностью тянули литров на шестьдесят. — Презент! Как раз к вашему военному делу.

На стол перед Игорем легли сначала пачки странных плиток, похожих на шоколадные батончики в чересчур лаконичных темных фантиках, потом пистолет неизвестной марки.

— Ого! Экспериментальный? — восхитился начоперот.

— Да ющец его знает, — призналась Лоуд. — Он к нам сам пришел. С непристойным предложением. В смысле, был и хозяин, но тот понты на редкость наглые сразу предъявил, отчего и не задержался.

— Он-то как раз задержался. Под пальмой и закопан, — поправил Укс. — А пистолет нам не нужен. Мы договор блюдем.