И не зря я радовался полученным деньгам, потому что траты у меня уже имеются: я приобрёл для наёмников три дома в этом районе, откуда они могут спокойно вести наблюдение за обстановкой.

Многие, конечно, предпочитают верную гвардию вместо наёмников, тем более в моём положении. Но у меня нет гвардии.

Хотя… Родители уехали и часть гвардейцев всё же оставили. И мне можно было бы попытаться найти их, чтобы нанять, но что-то подсказывает, что после всего случившегося они даже близко не захотят иметь дел с нашим родом и со мной в том числе. Я бы даже сказал — со мной подавно…

Да и чёрт с этим! Наёмники ведь, если так судить, по силе ничем не уступают гвардейцам. Вот только среди аристократов считается позорным использовать наёмников. Мол, если у рода нет преданной гвардии, готовой отдать жизнь за господина, то его Род — всего лишь мусор и не имеет никакого благородства.

Но по мне это полная чушь и байки из грубого Средневековья. И мне глубоко плевать с высокой колокольни на моду и прочие показные постулаты уже умершего рыцарства и духа той эпохи.

Главное, что эти наёмники охраняют мой дом и мою сестру, когда меня нет. Возможно, кто-то назовёт меня слишком приземлённым, раз я не фанатик принципов. Но я умею чётко отделять зёрна от плевел и знаю, что даёт человеку честь, а что — всего лишь предрассудки.

Пусть наёмники и пропустили тех специалистов, которые установили у меня в доме прослушку, но их задача вовсе не в этом заключалась. Они должны сдерживать любые боевые группы захвата и защищать меня. Ни больше, ни меньше…

— Пардон, что заставил ждать: был занят, — раздался голос сбоку, где захлопнулась дверь, и я услышал журчание воды. — Но я знал, что вы пришли.

Эти слова произнёс начальник наёмников — Лучевский Геннадий Дмитриевич. Этому гордому «орлу» под шестьдесят лет, и он — военный в отставке.

Характер у него, как и внешность, суровый: один глаз был стеклянным, да и в целом выражение лица было таким, будто он всегда всё знал наперёд. Будто это он сам, как мойры, плёл судьбы людей. И спорить с ним было бы бесполезно.

Когда я нанимал его и его людей, они довольно быстро согласились на такой заказ. Для хорошего наёмника боевые задачи такого рода всегда в чести.

Ведь им чаще всего приходится работать на всяких торгашей, оберегая их товары от кражи. А вот работа на аристократов — дело редкое, и понятно почему…

И я не удивлён, что они так быстро согласились. После того как по истечении контракта они станут свободными, в личное дело каждого из них внесётся информация, что они работали на меня, и это в их сфере добавит им веса. После этого, я уверен, их дела пойдут в гору, и, возможно, другие аристократы ещё присмотрятся к ним.

Особенно если учесть моё положение дел — это им вдвойне добавит чести. Могут потом хвастать, что были на службе у смертника, который всё же вырулил и выжил.

— Приветствую, Геннадий Дмитриевич, — мы пожали руки. — Что нового удалось узнать? Может, были какие-то изменения за текущую ночь? — Я уселся на стул и отпил кофе из термоса.

— Да, узнать кое-что удалось, — он был предельно серьёзен и уселся напротив. — Освежители воздуха, оказывается, нельзя бросать в огонь или держать близко к огню: только что прочитал.

Он точно опасный тип: только такой человек может говорить о подобном с таким хмурым выражением лица. И что-то мне подсказывает, что он не просто так упомянул об этом, а желает показать, каков его характер в полной мере.

— Вот ведь нелепость пишут, — продолжил он. — Я как-то кинул один такой баллончик с освежителем в камин, и одному очень нехорошему человеку оторвало пол-лица. Поэтому я считаю, что всё можно, если только правильно применить.

— Любопытная информация, — кивнул я. — Но, может быть, есть ещё что-нибудь?

— Да, определённо, — его тон перешёл на будничный: он был профессионалом своего дела. — В одном доме, рядом с вами, поселилась группа под прикрытием — и они следят за вами.

— Это тот сосед, который кур пинал и которого я в больницу отправил? Он имеет к этому отношение? — уточнил я.

— Нет, граф, через дом с другой стороны, — пояснил начальник наёмников. — А так, в целом, больше ничего криминального.

Звучит обидно… Я бы сказал, унизительно… Я собираюсь навесить на них горы проблем и вполне могу это сделать, а мои враги как-то раскачиваются слишком медленно, словно находятся в анабиозе.

В самом начале, зато, как кусались и кидались, словно бешеные псы. Теперь же, похоже, решили провернуть всё поступательно, с холодным расчётом. Но ведь время не на их стороне, так что всё это странно.

Но в наёмниках своих я не сомневался: если больше никаких новостей нет, значит, действительно нет. Всё-таки это профи, и действуют они скрытно, под полным прикрытием: их враги сами вряд ли могли их раскусить.