Так что, на правах хорошего знакомого Марины, я могу подойти и поинтересоваться, куда пропала хозяйка квартиры. Беда только в том, что я не знал точно, когда Елена Степановна появится на квартире в следующий раз. Нужно бы подежурить у подъезда и подождать ее. Решение, конечно, не очень оптимальное. Она может появиться с равной вероятностью уже сегодня или через пару дней. Сидеть на скамейке во дворе несколько дней подряд в ожидании домработницы — это так себе занятие. Того и гляди, соседи примут за вора домушника и вызовут милицию. Хорошо, что я знаю, что домработница обычно приходит днем после двенадцати и проводит в квартире пару-тройку часов, наводя там порядок и готовя еду. Значит, мне не нужно здесь сидеть с утра и до вечера. А достаточно будет подежурить с двенадцати до шестнадцати несколько дней. Если Марина внезапно куда-то уехала, она по любому должна была предупредить свою домработницу. Тогда Елена Степановна может приходить реже и проводить в квартире времени меньше. В общем, получается, что несколько дней мне придется провести здесь по любому.

Я посмотрел на часы, было около двенадцати дня, как раз время заступать на дежурство. Хорошо, что я перекусил дома, и умереть на посту от голода мне не грозило. Я еще раз поднялся наверх проверить, не пришла ли домработница, пока я бегал в гараж. На мой звонок дверь снова никто не открыл. Ну что же, остается только ждать. Спустившись вниз, присел на скамейку на дворовой спортплощадке, так, чтобы мне было хорошо видно нужный подъезд и подходы к нему. Я коротал время, чередуя подходы на турник и брусья, с перерывами на упражнения на прогон энергии по меридианам, или просто бродил по двору, не теряя из виду нужный мне подъезд. Циркуляция по малому небесному кругу у меня получалась уже почти автоматически. Сейчас это уже не требует от меня полной концентрации внимания. Можно спокойно сидеть и наблюдать за домом, и в то же время работать над вращением ци, что я и делал, чередуя это с посылом потока энергии вместе с выдохом в свои конечности, заставляя усилием воли пульсировать и наливаться теплом то кисти рук, то ступни ног.

Так я дотянул до пяти вечера и, решив, что сегодня Елена Степановна уже вряд ли появится, вернулся домой, чтобы успеть приготовить что-то на ужин до прихода матери. Решив сильно не заморачиваться, я поставил вариться макароны, натер пол тарелки пошехонского сыра и нарезал помидоры и огурцы для салата. Услышав, как поворачивается в дверном замке ключ, быстренько заправил горячие макароны сыром и сливочным маслом и вышел в коридор, встречая удивленную мать, которая не ожидала, что сын вернется с моря так рано. После обязательных объятий и расспросов, что да как, я легко поужинал вместе с матерью, выбежал из дома на вечернюю тренировку.

Забежав по пути к дому Марины, я убедился, что там ничего не изменилось, и никто в квартире не появился. Оттуда я сразу направился в парк на наше тренировочное место и застал там Кима, Славку, Сашку Петрова и Армена, которые, судя по их лицам, были очень рады меня видеть.

— Юрка, здорово! Ну, ты и загорел, бродяга! И выглядишь ты уже совсем хорошо!

Парни окружили меня со всех сторон. Они дружески хлопали меня по плечам, жали руки и всячески выражали искреннюю радость. У меня даже защипало глаза от избытка чувств. Хорошо, все-таки, после долгого перерыва, оказаться среди своих. Меня засыпали вопросами о здоровье, о море и о планах на будущее. И если первые два вопроса у меня трудностей не вызывали, то с планами на будущее у меня пока полная непонятка. Я не стал грузить друзей своими проблемами. Тут нужно все вывозить самому. Не хочу никого впутывать в возможное противостояние с криминалом. Мне достаточно одного ножевого ранения Армена в обычной драке. Если в пропаже Марины замешан Вахо и его люди, то наша групповая драка с самбистами из Заводского может показаться просто забавным недоразумением. Поэтому, спрятав гнетущие меня мысли поглубже, я сделал объявление.

— Все нормально, парни, начинаем тренироваться по своему обычному графику и ищем помещение для зала. Нам до холодов кровь из носу, нужно что-то найти, сделать ремонт и завести туда весь свой спортинвентарь.

— У меня есть на примете один заброшенный подвальчик рядом с нашим гастрономом, — кивнул Игорь Ким. — Я еще не разговаривал о его использовании. Ждал, пока ты появишься, можно будет на неделе зайти в ЖЭК пообщаться. Может, удастся его выбить под спортзал.

— Отлично! — обрадовался я. — Давай займемся этим вопросом в первую очередь. А теперь, парни, давайте поработаем, я так соскучился по настоящим тренировкам.

После разминки я встал в пару с Игорем. До отъезда на море, я пробовал поработать с ним в легкий контакт и тогда я явно не вывез, несмотря на то, что Игорь щадил меня. Игорь, памятуя о моей травме, сегодня работал очень аккуратно. Он технарь высокого класса и умеет контролировать свои удары. Поэтому, пока я не наберу прежнюю форму и окончательно не выздоровею, мне лучше работать в паре именно с ним. После начала боя Ким сразу атаковал меня серией лоу-кик в левое бедро и хайкик в голову, с завершающим ударом с разворота в прыжке пяткой в живот. На этот раз, в отличие от прошлого спарринга, я все видел и реагировал адекватно. Я принял первый удар по ноге, чуть подвернув бедро навстречу, отбил удар в голову подставкой и убрал таз, уходя от удара в живот. Мое тело полностью слушалось меня, и я снова почувствовал себя в своей стихии. Мы с Кимом обменивались сериями ударов руками и ногами, плели вязь защитных и атакующих движений, сходясь на ближнюю дистанцию и снова уходя на дальнюю, разрывая контакт. Да, это еще не то, что нужно, и впереди у меня еще долгий путь для того, чтобы вернуть себе прежние кондиции, но уже есть первые успехи.

— Стоп! — Я остановил бой и показал Игорю большой палец. — Спасибо! Отличный спарринг.

— Ты уже приходишь в норму, — кивнул мне он. — Я опасался, что после травмы и долгого перерыва ты будешь заторможенным, но ты отработал сегодня почти как раньше.

— Ладно, не льсти мне, — покачал головой я. — Я-то сам вижу, что пока еще много лажаю. Ты же сегодня со мной работал не на полную. Ведь так?

— Ну да, — признался Игорь. — Но ты не парься, пара месяцев тренировок и ты восстановишься.

— Пара месяцев — это слишком много, — усмехнулся я. — Мне надо гораздо раньше. Нужное чувствовать себя деревяшкой.

Под конец тренировки я отошел с Игорем в сторону, так чтобы нас никто не слышал.

— Игорь, у меня к тебе разговор есть, только не для всех, — начал я.

— Да, говори, — Игорь внимательно посмотрел на меня.

— Помнишь, ты как-то говорил, что у тебя есть друзья, которые занимаются раскопками, и нет, нет, да, находят что-то интересное со времен Великой Отечественной войны?