— Ну и ночка, — вздохнул Джордж Дарнли. — Будет о чем порассказать, когда я доберусь до дома.

— Я подам на них в суд! — проквакал Альберт Фитч. — Надо же попотчевать приличных людей таким дерьмом!

— Шампанское тут ни при чем, Альберт, — твердо заявила Элла, подталкивая его вниз по ступенькам. — Все дело в том, что вы вылакали целую бочку.

— Спокойной ночи, Расс, — улыбнулась Дорис. — Вы не виноваты, что мы так назюзюкались. Если не считать последнего получаса, то вечер удался на славу.

Я попрощался с Антонио, забрался в свой "мерседес", стараясь держаться от самого себя подальше, и покатил домой. Войдя в подъезд, я с завистью услышал музыку и счастливые голоса, доносившиеся из-за двери Патрика, и на мгновение меня обуяла дьявольская мысль — что, если мне вломиться к ним и расстроить их вечеринку одним лишь своим пахучим появлением? Впрочем, уже в следующую секунду я отогнал эту затею прочь и поднялся к себе.

Когда я вошел в квартиру, во мне уже взыграл боевой дух Тобинов. Стрелки будильника показывали час ночи. Быстро принять ванну, переодеться, рвануть в Пальму… Если повезет, то к трем часам я вернусь. Гулянка будет ещё в самом разгаре. Еще успею!

Я быстро принял душ и почувствовал себя человеком. Потом прошлепал в спальню, но не успел ещё отобрать рубашку, как прозвенел звонок, вмиг разрушивший все мои мечты о потрясающей блондинке, поджидавшей меня внизу.

— Тобин? Привет, старик, это Кейт Бил из "Мидас-Турз". У тебя никто не отбился от стада?

— В каком смысле?

— Господи, и кого у вас в "Ардмонте" набирают? Ты разве не пересчитываешь своих клиентов?

— Бил, я очень спешу…

— Здесь у меня одна старушенция, некая миссис Поппет. Она уверяет, что принадлежит к твоей пастве.

— Миссис Поппет…

— Она прикорнула на заднем сиденье моего автобуса. Вернувшись в отель, я обнаружил её мирно похрапывающей. Я бы на твоем месте немедленно примчался за ней. Она рвет и мечет!

— Почему?

— Потому, что все автобусы выкрашены одинаково.

— Черт побери! А… Где вы находитесь, Бил?

Он зловеще хохотнул.

— В Сольере, старик. В Пуэрто-де-Сольере.

Я чуть не упал. Сольер расположен на северной оконечности острова, примерно в часе езды от Магалуфа.

— О, нет! — простонал я.

— Не унывай, Тобин, — хмыкнул этот негодяй. — В такую ночь прокатиться — одно удовольствие. Старуху найдешь в "Харборе". И — не заставляй её долго ждать!

— Бил…

Послышался сигнал отбоя.

Черт бы побрал эту старую засранку!

Я натянул рубашку, влез в костюм, схватил ключи от машины и сыпанул вниз по ступенькам. Патрик открыл мне дверь с такой самодовольной ухмылкой, что я с трудом удержался, чтобы не съездить ему по роже.

— Ага, вот и наш герой-любовник заявился! — провозгласил он, осклабившись до ушей. — Заходи, тебя ждут, не дождутся.

— Патрик, я не могу…

— Что!?

— Я не могу, черт возьми! Чертову миссис Засранер-Поппет угораздило уснуть в чужом автобусе, а Вилли Рэндалл ухитрился сломать ногу, и ему накладывают гипс в пальмской больнице…

У Патрика даже челюсть отвисла.

— Ты не спятил?

— Все тут, похоже, спятили! Баста, завтра же увольняюсь. И какой болван я был, что согласился стать курьером!

— Послушай… — Патрик воткнул мне в ладонь гигантский стакан коктейля и схватил меня за локоть. — Заскочи на минутку.

— Не могу! Миссис Поппет…

— Расселл, ты обязан с ней познакомиться. Ты никогда себе не простишь…

И вдруг она сама выпорхнула в прихожую и вопросительно посмотрела на меня. Потом обратилась к Патрику:

— У тебя есть ещё лед?

Все, что наговорил мне Патрик, оказалось правдой. Она была восхитительна — высокая, стройная, загорелая, в обтягивающем белом платье, с длинными золотистыми волосами, рассыпавшимися по плечам…

— Ну, теперь-то зайдешь? — ухмыльнулся Патрик. — Расселл, позволь представить тебе Люсинду. Люсинда, это тот самый приятель, о котором я тебе все уши прожужжал. Скажи ему "здравствуй" и тут же "до свидания", потому что он несется на противоположный край острова спасать заблудшую клиентку.

Ее прехорошенькое личико вытянулось.

— Ой, как жаль!

— Люсинда, — сказал я, — поверьте, что я в отчаянии. Я совершенно убит горем. Лишь стихийное бедствие заставило бы меня расстаться с вами в эту минуту, но пропавший клиент — хуже стихийного бедствия. Это землетрясение, извержение вулкана и цунами, вместе взятые. Даже не представляете, как я страдаю. Я смогу увидеть вас завтра?

— Завтра они катаются на водных лыжах, — раздосадованно произнес Патрик. — Они просто помешались на этих лыжах. Ради них только сюда и приехали.