Сжав кулаки, я угрожающе (как мне показалось) надвинулся на него. Во рту вмиг пересохло, коленки предательски дрожали.

— Прочь с дороги, Али, или я убью тебя…

Мерзавец захохотал. Расхохотался мне в лицо!

— Оставь, Тобин. Возвращайся в свою конуру. Я ведь могу тебя одной левой по стенке размазать.

Мне не понравился его тон. Уж слишком он был уверен. Кто его знает, может, он был чемпионом Саудовской Аравии по каким-нибудь дракам.

В свое время мне довелось прочитать какую-то книжонку по самообороне. Там говорилось: "Когда сомневаешься, примени хитрость". Я придвинулся к нему почти вплотную.

— Что ж, Али, посмотрим, как тебе понравится мой хук справа…

Я резко замахнулся правой. Его левая машинально взлетела вверх, готовая отразить мою неуклюжую атаку. В ту же секунду я изо всей силы лягнул его в живот. Не совсем в живот, а чуть пониже… Ну, вы понимаете, да?

Бедняга даже не хрюкнул. Он согнулся пополам, выпучив глаза и открыв рот в беззвучном крике, а потом рухнул на палубу, словно куль с мукой.

Отсчитывать до десяти я не стал. Сбежав по ступенькам, я плюхнулся в воду и слепо рванул вперед. Я даже не представлял, куда плыву. Насколько я знал, я вполне мог взять курс на Северную Африку. Я помышлял лишь об одном — как унести ноги, да побыстрее.

— Не туда, малыш — правее! — донесся над темной водой голос Ханичайл.

Я высунул из воды голову, осмотрелся и увидел привязанный к бую катер справа от себя, ярдах в двадцати. Быстро скинув туфли, я отчаянно заработал руками. К тому времени, как я достиг катера, на яхте вспыхнули огни.

Не знаю, доводилось ли вам в одежде карабкаться на борт моторного катера? Если да, то вам известно, что это нелегко. В обычном состоянии я выполнил бы эту задачу попыток за двенадцать, потратив минут пять. Тогда же я забрался внутрь секунды за три, прихватив с собой пару тонн воды.

Не чуя под собой ног, я слепо устремился к штурвалу, на ходу шаря по карманам в поисках ключа и моля Бога, что не потерял его, пока плыл и кувыркался. Нащупав ключ, я вставил его в замок зажигания и повернул. На пульте вспыхнули огоньки. Я облегченно перевел дух — я боялся, что Ханичайл могла перепутать ключ.

Я торжествующе надавил на кнопку стартера, приготовивишись услышать рев мощного мотора. Хлоп! Ничего! Мотор был мертв, как додо. Боже, что могло случиться?

Я метнул взгляд на яхту. На палубе суетились какие-то люди, слышались голоса. Должно быть, Али все-таки успел поднять тревогу. Сейчас на воду спустят шлюпки и — мне конец…

Я нажимал и давил проклятую кнопку, но двигатель даже не чихнул… Спокойно, Тобин, возьми себя в руки! Не паникуй. Вспомни, что делала Каролина… О'кей, вот она залезла в катер, вставила ключ, установила рычаг дросселя в нейтральное положение… Ну, конечно же! Нужно перевести рычаг на нейтральную позицию. Это же самая обычная мера предосторожности. Нельзя же запускать такой могучий катер, когда заслонка дросселя открыта до предела.

Я быстро передвинул рычаг и с замирающим сердцем нажал на кнопку стартера. Ввжжик! О, сладкая музыка, бальзам для моего сердца. Мотор загремел. Я осторожно передвинул рычаг вперед и катер сорвался с места. Вперед, малыш, унеси меня из этого ада! Беги, Тобин, беги!

Далеко я не ушел. Преодолев какой-то десяток ярдов, катер вдруг судорожно дернулся, развернулся и понесся… к яхте! Болван! Кретин! Идиот! Он же привязан к бую! Я снова перевел рычаг в нейтральное положение, перегнулся через ветровое стекло и сбросил в воду тросик, которым катер привязывали к поплавку. В этот миг со стороны яхты послышался рев запускаемого мотора. Мерзавцы пускались в погоню!

Я рванул к берегу на всех парах. Преследователей своих я так и не увидел. По крайней мере, до тех пор, пока не высадился в Пальма-Нове. Причалив к пляжу, я бросил якорь, бегом преодолел полоску песка, домчался до сосен и лишь тогда оглянулся. Минуты три-четыре спустя в залив пригромыхала небольшая моторная лодчонка. Она остановилась рядом с брошенным катером, кто-то перебрался с борта на борт, а минуту спустя катер с моторкой отчалили от берега и взяли курс на яхту.

Прощайте — черт бы вас побрал!

Когда я постучал в дверь к Патрику, стрелки моих часов показывали половину шестого. Я был мокрый с ног до головы, продрогший, усталый и голодный, но — счастливый.

Мне пришлось позвонить шесть раз, чтобы разбудить этого лежебоку. Когда Патрик увидел меня, у него отвалилась челюсть.

— О Господи! Что с тобой стрялось?

— Ха! — ухмыльнулся я. — Ты, небось, думаешь, что это ты закатил вечеринку! Погоди, пока я тебе про свою расскажу!

Целый час Патрик слушал меня с разинутым ртом. Я скинул мокрые тряпки, облачился в его махровый халат, налил себе гигантский стакан виски, закурил и начал рассказывать. За все это время Патрик произнес всего одну фразу: "Чтоб я сгорел!". Зато — восемнадцать раз.

Когда я закончил, он выпалил:

— Послушай, Расс, нельзя, чтобы это сошло им с рук…

— А что ты предлагаешь?

— Нужно что-то предпринять. Нельзя же средь бела дня похищать людей.

Я ухмыльнулся.

— А доказательства. К тому же — куда мне обратиться? В полицию?