Емеля появился через час. При этом ордынцы так и не начали пока атаку. Прибыл стрелец с ожидаемым известием. Татары повели к реке на водопой коней, и Емеля с сотней последовали за ними. Как выяснилось на месте — это оказался табун всяких ханских ближников. Красивые мощные лошади способные нести всадника в броне и свою попону с нашитыми металлическими пластинами. Прямо — царский подарок, и Емеля решил коней отбить, хоть в охране было два десятка воинов и пастухов ещё столько же. Обошлось без потерь. Но нашумели. Из лагеря в их сторону выскочил отряд лучников. Под сотню. Началась перестрелка. Но люди Емели стояли на земле, а те стреляли с коней, и ещё ордынцы стреляли очень аккуратно, ведь урусы прикрывались этими богатырскими конями. Когда побили большинство татар, то часть сбежала и понеслась к лагерю за подмогой. Отрядив три десятка на сопровождение табуна, Емеля на опушке леса устроил засаду и следующий отряд перебили они почти весь, из двух примерно сотен ордынцев и пятидесяти не осталось, когда они назад к лагерю подались. Здесь уже потери были, хоть их и лес прикрывал. Пятеро ранены и трое убитых. Те три десятка так и гонят коней к Возвяглю, а он с ранеными, убитыми и живыми вернулся, по большой дуге Житомель объезжая.

— Четыре раза реки вброд пришлось переходить. Вымокли все и промёрзли.

И тут рога зазвучали как-то особенно противно, громче и слитно. Андрей Юрьевич вскочил с переносного стульчика, на котором сидел, допивая вторую кружку кофею, и устремил орлиный взор в сторону противника. Эх, не получилось орлиный. Нет, обязательно нужно попробовать отлить линзы и отшлифовать их. Галилей сам, кажется, делал. Значит, нет в этом ничего сложного. Что-то про прозрачность читал Виноградов в какой-то книжке про попаданцев. Ну, так можно попробовать хрусталь делать. На имеющихся у него в прошлой жизни фужерах богемских было написано 24 % PbO (оксида свинца). Самое интересное, что в той книге попаданец радовался, что в хрустальное стекло не нужен натрий. Там оксид калия. Ну, это гораздо проще тогда, у него есть поташ.

Оксид калия из поташа (карбоната калия) можно получить, нагрев его до 1200 °C. В результате разложения карбонат калия образует оксид калия и углекислый газ.

K2CO3 -> K2O + CO2.

Это гораздо проще, чем возиться с содой… Стоп. Все попаданцы плачут, что стекло, полученное с применением поташа, зеленоватое. Это двухвалентное железо виновато. Ну и чё? Легко же убрать. Эти первобытные попаданцы спали на уроках химии. Нужно просто провести процесс каустификации, растворить поташ и добавить извести. В результате карбонат кальция и карбонат железа уйдут в осадок и останется чистый оксид калия, который просто нужно будет выпарить. Ой-ё-ёй, сколько опять деревьев переводить на дрова и древесный уголь.

— Смотри, княже, поганые в атаку пошли, — подскочил на месте Леонтий, надеясь сверху получше рассмотреть ордынское войско.

Событие шестьдесят шестое

Тонатиу (аст. Tonatiuh — букв. «Солнышко») в мифологии ацтеков бог неба и Солнца, бог воинов. Для поддержания сил и сохранения молодости Тонатиу должен каждый день получать кровь жертв, иначе во время путешествия ночью по подземному миру он может умереть. Поэтому каждый день его путь до зенита сопровождался душами принесённых в жертву и воинов, павших в боях.

Ордынцы шли в последний бой, а молодого командира несли с прибитой головой.

На тупой юмор не зря профессора Виноградова потянуло. Страшно. Ордынцы все двинулись вперёд. Не как вчера двумя широкими рукава, а прямо всем фронтом. Андрей Юрьевич даже не понял этого сначала. Что там за полтора километра можно разглядеть? Стоит себе серо-коричневая стена на фоне леса и стоит. И только приглядевшись, и со временем, стало понятно, что это тысячи всадников лавой шириной в километр прут на него.

— Егор, ай, блин, Епифаний, давай зелёную ракету.

Выпущенная в небо ракета зависла на секунду над полем и исчезла. Ордынцы же не исчезли, продолжали надвигаться. Этот цвет сигнала и означал общее наступление татар, а значит, и общее отражение этой атаки всеми силами, кроме разве засадного полка. Для них есть своя ракета — белая.

Дальше все подразделения должны действовать самостоятельно. Глупость пытаться в таком тотальном бою руководить каждым мелким подразделением. И сам чего проглядишь, и люди сигнал не заметят. И чё? Кердык.

Первыми начали свою войну артиллеристы. У них есть двадцать три ствола, которые точно выдержат три выстрела, в том числе и один с самым мощным пороховым зарядом, который отправляет бомбу на километр.

Бабах!

Вспухли дымы над их позициями. Теперь через три секунды бомбы долетят и взорвутся среди плотных рядов татарской конницы. Бабах. Нет, не прямая линия. И канал ствола разный, всё же не десятые доли миллиметра точность на токарном станке его на коленке собранном, и это не железо, а дерево. И ядра разного диаметра, один формовщик при извлечении модели чуть сильнее ударил деревянной киянкой, раскачивая модель, и всё, плюсом пару миллиметров, а это же диаметр, и сразу чуть не полкило к весу. Из другого, где стержень плохо выбили, пригорел он, не весь песок извлекли и меньше пороха засыпали, бамс и опять разный вес. Порох изготавливали мелкими партиями без нормальных весов, на глаз почти компоненты добавляя. Точнее, мерную тару используя. Но в коробку или ведро можно разное количество той же серы положить, один чуть не полное ведро сделал, второй с горкой плюхнул, а третий — самый старательный той деревянной киянкой по ведёрку стукнул, чтобы она плотнее легла.

Линия получилась ломаная из взрывов, как на осциллографе.

Там среди ордынцев началась замятня. Падали лошади и люди, спотыкались о них следующие ряды и этот водоворот расширялся. А только от той великой монгольской армии в этой осталось главное — дисциплина. Командиры и заградотряды, наверное, восстановили порядок и привили всадникам и лошадям волю к победе. Снова качнулось ордынское войско и двинулось вперёд.

Сколько там погибнуть могло? Ну, пусть десяток человек от взрыва. Скачут очень плотно и далеко осколки не разлетятся, да и сила чёрного пороха в разы меньше шимозы какой-нибудь. Ну, пусть десять человек. Из семи, скажем тысяч погибло двести тридцать. Никто не заметит потерю бойца и яблочку песню споют до конца.