А у меня, как назло, закончились все убеждения, но заработала интуиция, которая точно бешенная белка прыгала между «все, шиздец» и «да-да-да, чего хочет женщина, то лучше ей дать, иначе она возьмет сама»!

В общем, мы договорились встретиться внизу, на выходе, через полчаса.

Глядя, как удаляется, виляя попкой, в моей рубашке, с платьем, переброшенным на плечо, «интреполовка», мысленно почесал затылок – куртка моя, того, осталась на плечах у Анны, а из всего остального, теплого, пара водолазок и да кофта с капюшоном, без замка…

А на улице, судя по всему, совсем не жарко…

Ну, да 30 минут, на самом деле, это очень дофига времени!

Отзвонившись Заре и нарвавшись на автоответчик, дал, с легкой совестью, отбой на все дела: солдат спит – служба идет, так что, пусть спит, тем более что, я так понял, офицерик ей и вправду понравился.

Быстро одевшись, спустился на рецепшн и за пять минут сторговал себе куртку инструктора, правда, на пару размеров великоватую и крышесносной расцветки, но зато теплую, обмятую и даже с перчатками в кармане!

Пока дождался Джин-«интерополовки», успел выдуть две чашки кофе и премило поболтать с обеими ночными дежурными – парнем Рэймондом и девушкой по имени Глория, вежливыми и безукоризненно вышколенными.

Правда, Глория меня, кажется, побаивалась, зато Рэй знал пару русских слов и жаждал улучшить свой русский, так что, те сорок минут, что Джин собиралась, я провел с удивительной пользой, узнав, например, что в день взрыва на спусках случилось почти два десятка несчастных случаев, что в гостинице, на тот момент, проживало семьдесят одиноких женщин, на двадцать мужчин; что взрыв раздался в три часа утра, а до этого сами Пиренеи дважды содрогнулись от легкого землетрясения.

Глория вспомнила, что закат был кроваво-красным, а потом, словно из ниоткуда, набежали тучи, закрыли небо, а после взрыва, столь же стремительно рассеялись.

Я глыкал кофе и слушал эту милую пару, сводя хвост к носу и получая классический кукиш!

А если к их рассказу добавить, что ни одна из реликвий так до сих пор нигде не засветилась и не сработала, то…

Паззл совершенно не хотел складываться.

Взрыв был.

Детишек побило.

Шмотки пропали.

И – всё!

Забравшись на сайт гостиницы, рассматривал фото постояльцев за те дни.

Ну, женщин, реально дофига!

Пара смазливых личиков довольно точно опознались детишками-наследничками, но вот в чем штука…

Если верить книге записей, то они выехали, чин-чинарем, на следующее утро после взрыва, оплатив номера и забрав свои вещи!

Агнешку Раванкруту, например, рассчитывала сама Глория и она же проверяла номера, на предмет оставленных вещей.

А у меня Раванкрута числилась в окончивших свое существование, вместе с амулетом Флокса.

«Отведя глаза» проверил книгу регистрации и скинул Заре, чтобы она, с утра, влезла в гостиничный комп, пошарилась там, мало ли…

Джин появилась внезапно, в миленькой тактической курточке-камуфляже, в лыжных штанах и теплых сапогах, так что мои мечты, что мы пройдемся пару кругов вокруг гостиницы и снова завалимся в кровать, развеялись прахом, как и приснопамятные наследники.

Помахав рукой оставшимся в гостинице, мы вышли на парковку и, пройдя почти ее всю, остановились у здоровенного, бело-зеленого юсовского «Хамви», брата того, который протаранил «Скорую помощь».

Джин продемонстрировала ключи и перебросила их мне, позволяя вести этот гроб с автоматикой…

Хорошо хоть пулемета на крыше не было!

Пока «хамвик» грелся, я удостоился чести быть еще раз расцелованным, а потом…

Потом Джин вытащила из внутреннего кармана залитый в пластик квадратик ярко-красного картона, с печатями, штампами и голограммами и прикрепила его на лобовое стекло.

– Поехали? – Она как-то мгновенно посерьезнела и тяжело вздохнула. – Или ты будешь спорить, что не хотел заглянуть в пещеру?

– Заглянуть?! – Я расхохотался. – Я намереваюсь там смачно пошариться!

– Я – тоже! – Джин потянулась на переднем сидении. – А потом вернуться и продолжить начатое с тобой, Иной.

Ну, кто же спорить-то будет с женщиной.

Иной, так иной.

Наверняка ведь на такое дело неподготовленную дуру не отправят, а уж о существовании действительно иных, кому надо – те знают.

Так что я просто нажал на газ и, выехав с парковки, покатился в сторону сияющих невдалеке, огней закрытой зоны, в которой хозяйничали вояки.