— И ты мне сразу понравилась, — оскалился Гоба. — Сразу видно, что готовить ты не умеешь. И даже не собираешься. А я давно мечтаю о гастрите и язве. Всё-таки уже не маленький мальчик, мне расти надо!

— Проклинаю за комплимент, — робко оскалилась и Эба и тут же переложила на него половину ноши.

Подхватив её ещё и под локоток, Гоба вошёл с ней в кабинет последней инстанции. Со всеми необходимыми бумагами обоих тут же выгнали из Лабиринта Забвения, чтобы статистику не портили.

— Значит, на четвёртом кругу есть Лабиринт Забвения, — прикинула Мара. — И огненные порождения. Что ж, в лабиринт мы тогда не пойдёт, а ещё не будем приближаться к лавовой реке. Вот и всё!

— Это не всё! Разве я сказал, что это всё? — снова возмутился Куб и его на этот раз поддержала даже Сонная книга.

— Он не говорил, что закончил. — заявила она, поддержав альтернативный источник знаний. — Будь внимательна и дослушай до конца!

— Благодарю, коллега, — сказал Куб, снова кашлянул и продолжил повествование. — Покинув Лабиринт, оба тут же забыли про бумаги. Они жгли из них костры, делали фигурки, складировали вокруг да около. И как могли настраивали совместный быт.

На этот раз Мара слушала внимательно. Не хватало ещё, чтобы Куб с Сонной книгой сговорился за их спиной!

— От совместной жизни у демонёнка и дьяволицы даже пальцы вместо копыт выросли. Так много они бумаги бюрократической пожгли.

А однажды они до того загулялись на пару, что в эйфории от своей свободы встретили сам блуждающий Огонь Страсти, что на этот раз оказался посредине уровня!

Это было место, где души сжигались в вечном пламени и даже самые тёмные из них отправлялись на переплавку. И столь желанным было тому огню поглощать всё, что горит, что Огонь Страсти становился всё больше и больше. И порой требовал новых жертв «по-хорошему», а в другой раз и сам выбирал себе жертву.

Так случилось и на этот раз. Он вдруг напал на Эбу, закружил и понёс её прямо в пекло!

Гоба бросился за ними вслед. Но никак не мог понять, что он может сделать со всепоглощающим пламенем. Однако, преследуя вихрь, внимательный демонёнок заметил, что вихрь не монолитен. И кружа, допускает прореху то там, то сям. Вроде немного и не на долго, но как раз может хватить, чтобы одна небольшая дьяволица могла сбежать.

Тогда Гоба достал из карманов угольки и начал на них дуть, пока они не превратились в маленьких светлячков. При большом желании, смею заметить, на волшебство способны даже маленькие демонята, а не то что возмужавшие демоны, которые через столько кабинетов прошли, что прочих могли поучить.

— Не отвлекайся, — попросила Мара.

И Куб продолжил историю:

— Эба увидела волшебных светлячков, которые пробрались прямо к ней в вихрь и указали путь к свободе. Доверившись им, она избежала печальной участи быть прожаренной.

— Отлично! — обрадовалась Мара. — Тогда нам всего лишь надо избегать существ у лавы, Лабиринта где-то поблизости и блуждающий огненный смерч. Но его мы точно увидим заранее.

— Погодите-ка! — возмутился Куб. — Разве я сказал, что всё? Нет, ты её слышала? Да вы только полюбуйтесь.

— Невежда! — добавила Сонная книга и пробурчала. — И чему только вас учили?

— Да нормально нас учили! Просто мы… не всегда хотим учиться. — Устало выдохнула Мара, которую саму подмывало убрать куб, достать Сонную книгу и пролистав пару страниц, погрузиться в сон рядом. — Итак, значит это ещё не все?

— Конечно, не всё! — продолжал негодовать рассказчик и судя по голосу, готов был обидеться и замолчать навсегда. — Гоба и Эба пожили вместе ещё немного. И так успешно вместе костерили врагов, что мог бы завидовать даже вихрь пламени. А пока жили, последние копыта потеряли. Теперь у них были руки и ноги, как у людей. А знаешь к чему это привело?

— Не знаю.

— Конечно не знаешь, ведь я тебе ещё не рассказал! — победно добавил Куб и рассмеялся.

Мара стянула губы в линию. Если это урок стойкости, то её точно не следует разбивать рассказчика в дребезги.

Отсмеявшись вволю, Куб вдруг стал серьёзным, как тётка банши на психотерапевтической консультации. И таким же серьёзным голосом продолжил:

— Теперь Гоба и Эба этими самыми ногами бродили по всему четвёртому уровню. И своими ловкими пальчиками тыкали везде, где можно. Но это же ад, сами понимаете. Поэтому ничего удивительного в том, что оба по итогу достигли — Пропасти Уныния где-то на его окраинах.

Мара позагибала пальцы, бормоча под нос:

— Так, к реке нельзя. В центр нельзя. На окраину лучше тоже не ходить. Ещё и встретится всякое может где угодно… куда тогда вообще двигаться?

Но Куб её не слушал и гнул свою линию:

— Там царила тишина. Настолько пронзительная, что Гоба ощутил скорбь. А затем его сердце сжалось в приступе тоске и печали. И он ощутил, как отваливаются рога. Потом начинает ломить хвост. Шерсть-то с него ещё в самом начале путешествия слезла. И что бы вы думали?