— Настолько хорошие, что он решил приговорить того к смерти? Обстоятельства не важны, раскройся такое, и любой гибрид захочет повесить Дельверта на собственных кишках, просто на всякий случай. А учитывая, что эта сила — наследие Старой Семьи, то из него захотят сделать пример очень и очень серьезные люди. Я, честно, не знаю, есть ли при таком раскладе шансы на выживание даже у такого могущественного человека.

— Флора?

Та молчала какое-то время.

Видать не могла даже вообразить, что рядом с ней происходили такие вещи.

У нее сейчас почву из-под ног выбили.

Сначала приказ атаковать, теперь странное поведение «болванчиков», и вот с братом такие непонятности. Могу понять, что сейчас она чувствует.

— Пожалуйста, не говорите никому о глазе… — она тяжело вздохнула и посмотрела на нас. — Я правда хочу, чтобы мы все пережили эти события. Пожалуйста, не заставляй меня выбирать между этим — и жизнью брата.

Иначе говоря, если мы не будем держать язык за зубами, она на нас нападет. Возможно, перед этим, как хорошая девочка, попрощается, уйдет из отряда — но потом все равно вернется по наши души. И бить на этот раз будет уже насмерть.

Мне надо было подумать об этом прежде, чем ей все рассказывать. Впрочем…

— Хорошо, — кивнул я. — Мы все равно не успеем заварить достаточно густую кашу, чтобы она доставила ему неприятности. Но ты уверена? Я не могу обещать, что мы будем молчать потом. Особенно, если… если вы доберетесь до отца.

Я, правда, не знаю, что я сделаю тогда. Но точно ничего хорошего.

— «Потом» у меня и самой будет к брату немало вопросов, — ответила девушка, — Если мы встретим Прилив без лишних проблем — этого уже будет достаточно. Спасибо, Макс…

И я не лгал ей, когда говорил это.

Сейчас, да, мы ничего никому не расскажем. Это всего лишь наше слово против его, и пусть это «голословное обвинение» довольно легко подтвердить, у нас просто нет контактов с людьми, способными прижать Дельверта к стенке и заглянуть к нему под повязку.

Лучше сначала обсудить всю ситуацию с папой, а потом уже действовать. Делать все дело публичным, раз уж я обещал, не хотелось бы, но возможно немного простого шантажа заставят Душ поубавить пыл.

— Ух, сегодня минуем Урхут, а потом пара дней и окажемся в Кабесхинуве, — усмехнулся Барти встал рядом со мной у перил. — Город довольно большой, пускай и не столица. Но это прямой путь к крепости Оазис Амшир, что совсем рядом с Демонической реальностью.

— Мы там надолго?

— Судно остановится на дозаправку, и чтобы припасы пополнить. До вечера будем.

— Хорошо, тогда успею сходить к кузнецу и что-то купить на замену, — кивнул я. — А то экипировку сильно потрепало.

— Да, я починил что смог, но мои возможности не безграничны. Не кузнец я.

— Хоть на этом спасибо. Заодно хочу один глиф приобрести.

— Что надумал?

— Силовой щит.

— Не ожидал.

— Да я резко понял, что у меня тотальный недочет защитных способностей. Обычно я не попадал под удар и выживал, но в бою с Дельвертом ощутил нехватку обороны. Да и когда увидел, как ловко Кит орудует своим щитом, то решил тоже попробовать.

— Ух, как хорошо, что я этого не видел, — поежился он. — У меня бы мозг сломался от такого.

— Ага. У многих он сломался тогда.

— Значит возьмешь Силовой щит. Придется учится им пользоваться.

— Научусь. Крес же освоила.

Наша Крес не только Щит освоила, но и Каркас, что делает её самой бронированной среди нашей компании. Флора этим владеет также и мне пора приобщится. Против людей это крайне полезный прием.

— Еще бы стимулятор помощнее нам достать. Дельверт под таким мог очень неплохо сражаться, несмотря на то что валился с ног от усталости. Это может стать неплохим орудием последнего шанса.

— Посмотрю, что можно сделать. Сходим, — кивает брат. — А то девушки явно не особо заинтересованы в прогулках.

Флора, да, она все еще далеко в мыслях, а вот Зенти…

— И что ты успел сделать, что она на тебя дуется? — спросил я.

— Ну-у-у… — Барти почесал затылок. — Я её… как бы поцеловал…

— О, поздравляю. Когда свадьба?

— Издеваешься?

— Нет. На каком она месяце?

— Макс!

— Я просто уточняю, знаешь ли ты что от поцелуев не происходит зачатие, — смеялся я.