Щит медленно разрастается за спиной. Звон стали о камень — острие меча упирается в стену, рука дергается. Резко разворачиваюсь и врезаюсь в скалу плечом. Удар пустяковый, но теперь меньше путей для отступления.

Бегу в сторону, но останавливаюсь. Вижу вблизи свет от огня, шар может сорваться с огненного меча в любую секунду. Тихо разворачиваюсь и двигаюсь обратно вдоль стены. Засада! Здесь совсем рядом мерцают молнии.

Медленно отхожу назад. Очкарик слева, а бородач справа. У меня только один шанс — прорваться во тьме между ними. Они приближаются, я концентрируюсь на своих чувствах, чтобы ничего не упустить. Стараюсь перейти в еще более глубокий боевой транс, иначе может не хватить реакции или скорости, а это будет стоить мне жизни.

Переключиться не получается, зато в голову приходит незатейливая идея. Она может сработать. Материализую в руке молот и кидаю его во тьму прямо перед собой.

На миг огонь и молния неподалеку замирают на месте. Но очкарик и бородач не бегут. Значит, нужно бежать мне, упираюсь свободной рукой в стену, ноги напряжены.

Пальцы вдруг ощущают легкую вибрацию в стене. Только я успеваю сообразить, что… Пол под нами проваливается! Падаю вниз, бьюсь о камень, вдыхаю дым и пыль. Грохот звучит такой, что звенят ушные перепонки. Никакой возможности ориентироваться, и вообще непонятно, что вокруг происходит.

Удары, ушибы проносятся по всему телу. Сильно бьюсь обо что-то тупое, но твердое. Скатываюсь вниз вместе с камнями, боль разбегается паутиной по всему телу. Ударяюсь еще неизвестно сколько раз, затем все затихает.

Землетрясения больше нет. Где-то неподалеку друг о друга грохочут огромные валуны, что никак не могут найти себе удобное положение. Что-то хрустит, на меня сыплются струйки мелкой крошки.

С большим трудом выбираюсь из завала и смотрю по сторонам. В этом тоннеле практически нет дыма, зато все в пыли, но светящихся грибов больше — можно ориентироваться. Натягиваю воротник на лицо, чтобы не вдыхать пыль, но самочувствие плохое или, скорее, непонятное, причем это точно не из-за ударов о камень.

Такое ощущение, что на меня действует повышенная концентрация маны с более низкого этажа. Я будто оказался на несколько уровней ниже, в другой части Подземелья, которая не соединяется с тем местом, где я был прежде. Ощущения совсем другие, в том числе и давление маны на организм. Ее попросту настолько много, что тело не справляется с фильтрацией этой силы.

Продвигаюсь дальше, внимательно смотрю по сторонам. Самый обычный меч уже в правой руке. Неизвестно, когда он может пригодиться, зато понятно, что лучше пока ману вообще не использовать, больно здесь высокий фон в этом плане, и лучше ману из окружения пока не поглощать.

Совсем неподалеку нахожу очкарика, ожидаемо, мужик уже без очков и огненного меча. Он стоит на четвереньках, непрерывно блюет и хватается за живот. В этот момент он пытается подняться, но бьется лицом о камень, когда рука подгибается. После все же неуверенно поднимается. Снова падает и вскакивает, падает и вскакивает…

Лучшей иллюстрации того, как чрезмерно высокая плотность маны в Подземелье воздействует на неподготовленного Искателя, мне уже не увидеть. Подхожу к нему и легким движением добиваю, чтобы не мучился. Ни капли сожаления, ни капли сострадания. Жалко только, что он не смог удержать в руках огненный меч, хорошее было оружие, но не заниматься же тут раскопками, право дело.

Я пошел дальше, рассчитывая по пути найти полезное снаряжение, в идеале мечи, что маловероятно. Важнее прочего сейчас найти бородача и убедиться, что он мертв. Если это не так, то убить, но сперва задать пару очень хороших вопросов.

Я чувствовал себя после двух сражений подряд, после приема кристаллов маны и провала вниз — крайне паршиво. Однако мне все равно было жутко любопытно, какой такой твари я перешел дорогу.

Какое-то время блужданий спустя, я набрел сначала на один труп, а потом на другой и ни у одного из тел не было бороды — те самые двое, которых я убил еще до обрушения пещеры. А бородача я все равно нашел, просто позже и в другом месте.

Он не валялся в груде камней, а стоял. Правда, едва держался на ногах. Все лицо у него было в запекшейся крови и синяках, одна из рук болталась, как сломанная ветка. В другой он сжимал обломок, который когда-то был громовым мечом. Бородач с ненавистью смотрел на меня и пускал кровавые сопли.

Похоже, что он тоже не готов к столь высокому давлению маны. Получается, это значит, что я все-таки более сильный маг и Искатель, чем они.

Перехватываю меч и недвусмысленным жестом показываю свои намерения. Бородатый с трудом принимает боевую стойку. Он вдруг грозно рычит, замахивается осколком меча и бежит на меня с яростью носорога.

Легко ухожу с дуги атака короткого меча. В этот же момент атакую сам. Клинок легко рассекает единственную целую руку мужика. Осколок меча звонко приземляется на камни. Оборачиваюсь и вижу, что бородач уже упал на колени, разве что не просит о пощаде.

Подхожу к нему, смотрю в глаза сверху вниз и спрашиваю с нажимом:

— Кто вас нанял?

— … — он говорит слишком тихо и нечленораздельно.

— Кто вас нанял?! — подхожу ближе и чуть наклоняюсь, чтобы услышать.

— Не знаю.