Она показывала ему что-то…

Миску. В ней что-то лежало.

Мясо. Окровавленные куски мяса.

Она вылила кровавую жижу на его яички и отступила, когда Лупо вновь привел в движение колесо. С пола поднялось животное весом в тридцать фунтов и впилось прямо между ног вопящей твари, прежде звавшей себя Кардиналом Блэком.

Лупо вернулся к колесу.

Раздался еще один хруст костей и звук рвущейся плоти, как будто когтями разрывали старую ткань. От человеческого голоса осталось лишь слабое потрескивание, как от свечи, которая вот-вот погаснет.

Наконец Венера Скараманга прерывисто вздохнула, прислонившись к стене рядом с Железной Девой, и воцарилась тишина. Ей нужно было выпить чего-нибудь покрепче, принять ванну и вывести Марса из оцепенения. Им нужно было решить, как забрать книгу у девяти глупцов, забредших на территорию, с которой они никогда не уйдут. Особенно у мерзкой псины, называвшей себя охотницей на ведьм.

Лупо приберет здесь и почистит Никс. Он всегда это делал.

Венера ощущала легкое головокружение, но чувствовала себя свежей и энергичной — куда бодрее, чем час назад. Комната пыток и ее коллекция игрушек всегда дарили ей блаженное освобождение. И все же, когда она поднималась по лестнице, она осознала, что к ее радости примешалось что-то новое. Потому что… там, в углу, стояла фигура в фиолетовом плаще с капюшоном.

Миг — и ее не стало.

Доминус! Помоги мне! — кричал тот мужчина.

Интересно, — подумала Венера.

В холодной пещере она некоторое время любовалась своими новыми серебряными кольцами. Теперь ей действительно нужно было выпить. Она вышла из комнаты как раз в тот момент, когда Лупо принялся извлекать изуродованный труп из пут.

Глава десятая

Было чуть больше двух часов дня, и на востоке над горизонтом медленно плыли облака.

Две крытых парусиной повозки, запряженные четверкой лошадей, были переправлены через залив на пароме и съехали с погрузочной платформы на пирс в Местре. Первой повозкой по улицам правил капитан Андрадо, на скамье рядом с ним сидел второй солдат, а еще один ехал сзади. Оставшийся солдат взял в руки поводья второй повозки. Камилла предпочла сесть на место кучера, а сзади на скамьях расположились Хадсон, Профессор Фэлл и молодой человек, которому казалось, что сам воздух на вкус как самое горькое вино на Земле.

Мэтью было горько от того, что кардинал Блэк избежал наказания. В шесть часов утра, когда солдаты доложили, что Блэк выбежал из комнаты до полуночи и не вернулся, Мэтью и Хадсон отправились на его поиски, уже зная, что не найдут его. Очевидно, Блэк воспользовался возможностью, укутался в свой черный плащ и исчез.

И все же это чертовски странно! — думал Мэтью.

Без сомнения, Блэк жаждал отыскать Валериани и зеркало по своим гнусным причинам. Так зачем же этому существу понадобилось покидать гостиницу и отбиваться от поисковой группы? Неужели Блэк решил продолжать поиски в одиночку? Но ведь карта, нарисованная Менегетти, прибыла только после девяти часов поутру. Так откуда же Блэку знать, где искать? К тому же книга оставалась у Камиллы. Весь замысел Блэка попросту не имел смысла.

Группа прождала столько, сколько можно, думая, что Блэк вернется к десяти часам. Время прошло, Андрадо и Камилла раздобыли пару подходящих повозок и упряжку лошадей. Солдаты подготовили запасы вяленой свинины и рыбы в джутовых мешках, корзины с апельсинами, яблоками, персиками и инжиром, а также картофель, походную посуду и бочонок с пресной водой. Припасы погрузили в повозки вместе со всем, что предполагало ночевки в палатках. Некоторые вещи можно было привязать к бортам повозок. Мэтью предупредил об этом и упомянул, что иначе внутри будет слишком тесно.

Пока шли сборы, Мэтью не мог совладать с подступившей тревогой. Сейчас то, что он искал Бразио Валериани по нескольким намекам, полученным от Розабеллы в деревне Фэлла, казалось ему ненадежным. В Англии ему этого хватало, потому что других зацепок все равно не было. Но теперь… казалось их стало слишком мало. И тем менее достоверными они казались, чем ближе была поисковая операция. Мэтью боялся — или втайне надеялся? — что все окажется напрасным.

Вопрос об исчезновении Кардинала Блэка также не давал покоя. Возможно, если рассуждать логически, в этом не было никакой тайны. Судя по всему, Блэк решил, что его свобода и жизнь стоят больше, чем зеркало, ведь Мэтью намеревался добиться справедливой кары для Блэка за убийство «Черноглазого Семейства» и жестокую казнь Рори Кина. Он, конечно, хотел, чтобы все было по закону, но теперь понимал, что попросту чувствует себя обделенным, не увидев Блэка с веревкой на шее. Очевидно, Черный Кардинал не принимал такого мрачного будущего, поэтому улетел в ночь, словно черная ворона, чтобы стать чужаком в чужой стране.

Что ж, скатертью дорожка! — подумал Мэтью, когда повозка покатилась по дороге. — Мне уж точно не хотелось путешествовать с тобой.

Его беспокоило кое-что еще. Когда они собирались покинуть гостиницу, Камилла подошла к нему и спросила:

— Скажите-ка мне вот что, Мэтью: как вы найдете Валериани, если он не хочет, чтобы его нашли?

— Что вы имеете в виду?

— Вы, вероятно, и сами задавали себе этот вопрос. Вы понятия не имеете, как этот человек выглядит, какое вымышленное имя использует. Вы только знаете, что он находится где-то на севере этой страны. Как мы узнаем его, даже если он пройдет прямо у нас перед носом?