– Лидия Наумовна, - скуксился Владимир, пальцем указывая на ряды венских стульев, - а можно мне туда? А то меня не пускают, говорят, что не дорос ещё.

– Ха-ха! – непритворно рассмеялась женщина, блеснув снежной белизной зубов, оттеняемой пикантными ямочками на щеках. – Пойдёмте я вас провожу, спасу от грозных охранников. Оленька, этот молодой человек со мной.

Царственным жестом завуч махнула в сторону стульев и, продолжая улыбаться, подошла к «Оленьке», чуть ли не в лицо прошипев распорядителю:

– Ольга Мироновна, Владимир Сергеевич Огнёв является братом и официальным опекуном Виктории Чаровниковой, запомните и проинструктируйте остальных распорядителей, чтобы не угодили в неловкую ситуацию. Надеюсь на вас, эксцессов я не потерплю.

О чём думала в тот момент бледная Оленька так и осталось секретом, но эксцессов в тот вечер действительно не зафиксировали, что само по себе удивительно, принимая в расчёт немалое количество горячительных напитков на столах.

– На сцену вызывается… - оглянувшись назад, Вика нашла взглядом брата, пославшего ей ободряющую улыбку и воздушный поцелуй.

Отдарившись ответной улыбкой, девушка грациозной походкой плывущей лебёдушки вплыла на сцену, где ей под звуки фанфаров вручили диплом и золотую медаль. Да, Вика закончила лицей круглой отличницей и медалисткой. Вскочив со своего места, Владимир аплодировал громче всех.

– Поздравляю, сестрёнка, - обнял Владимир сестру, когда та спустилась со сцены и прошла к нему между рядов с родителями и приглашёнными. – А твоя медаль точно золотая? А если на зуб попробовать? Ладно-ладно, не бей меня, не буду я её кусать, - принялся подтрунивать Владимир. – Что я дикарь какой-то что ли, когда дома есть прекрасная ножовка по металлу!

– Только попробуй, - дурашливо надула губки Вика, - я этой ножовкой твои лапки потом по локти отчекрыжу!

– Гуляй, мелкая, сегодня твой день. Рассвет встречать поедешь?

– Поеду, а ты куда намылился?

– Отбуду положенный приличиями срок и тихо сбегу по-английски. Это сейчас все эти господа и дамы держат дистанцию и голодными акулами ходят кругами, а стоит им чуть-чуть принять на грудь и раскрепоститься, как мне придётся отстреливаться, дай бог не боевыми патронами, так что извини, сама понимаешь.

– Да ладно, братец, всё не так страшно.

– Ага, - кивнул Владимир, - всё ещё страшнее. Мужикам, если что, можно промеж глаз зарядить, а дам бить нельзя – моветон-с! Им же всем здесь и сейчас вынь и положи крем от морщин или бальзам для увеличения груди, а ещё лучше - срочно посмотри дядю, тётю или внучатую бабушку с геморроем в терминальной стадии, который непременно требуется излечить наложением рук.

– Фу, от такого и я бы сбежала. Только и у меня ни разу не сахар, братец. Они, - Вика кивнула в сторону стульев, - как примут на грудь и расслабятся, начнут сватать кого ни попадя, а некоторые пузанчики и сами в женихи набиваться. Тьфу, так бы и врезала между глаз, только девочкам драться нельзя – моветон-с! – передразнила Вика.
– А ещё ты в кустики сховаешься и сбежишь огородами, так совсем хоть волком вой.

– Далеко не убегу, не бойся. В машине за углом посижу, книжку умную про что-нибудь почитаю. Так что свисти, если что.

– Только свистни, он появится!
– рассмеялась Вика. – Грозный «Чёрный плащ».

Владимир тихо растворился в тенях где-то через час, Вика продержалась дольше, «свистнув» ближе к десяти вечера. Накинув на себя «отвод глаз», исполняющий обязанности «Чёрного плаща» незаметно прокрался в зал и умыкнул невинную девицу, перед выходом показавшись на глаза Лидии Наумовне. Понятливо кивнув, завуч рукой изобразила некий разрешающий жест и вернулась в представительную женскую компанию, обсуждавшую последние губернские новости специфической направленности, сиречь перемывая кому-то косточки.

– Ты как, мелкая?

– Устала, как собака. Вов, знаешь, я, наверное, слишком заучилась перед экзаменами или погрузилась в работу и совсем за слухами, гуляющими по лицею, не следила. Представляешь, девчонки чуть ли не поголовно считают, что я слишком задрала нос. Мол, зазналась, моделька, а оценки и медаль заработала одним местом. И съёмки – не съёмки, а работа эскортницей. И у тебя я не работаю, а срам лечу. В общем, если к тебе прибегут снимать сглазы – это не я, оно само у них повыскакивало. Хорошо, что ты не уехал, я бы там некоторых прямо на месте убила, кулаки до сих пор чешутся отрихтовать морды Паниной и Киве.

– Плюнь ты на них, Викуля. Они же на головы скорбные. Хочешь, я на них чесотку нашлю?

– Да плевать, мне с ними детей не крестить.

Дома на Вику набросилась Джу и чуть не задушила её в крепких объятиях. Кое-как отцепившись от старшей товарки и радостно поохав над медалью, Джу потащила Вику смотреть рекламные проспекты столичного агентства недвижимости. И ничего, что на ночь, всё равно спать пока никто не собирается.

О планах Вики поступать в МГУ в доме не знал только глухой и немой. Набранные за экзамены баллы вкупе с золотой медалью позволяли надеяться на бюджетное место. С общежитием брат и сестра решили не заморачиваться, присмотрев в прилегающем районе несколько подходящих квартир, осталось только осмотреть их на месте и перевести деньги в счёт оплаты понравившегося варианта, всё остальное подготовили Виктор Рихтер и специалисты агентства, обеспечив юридическую чистоту будущей сделки.