Он был внимателен и скорбен, как чиновник похоронного бюро, которому неутешная вдова заказывает лучший катафалк для дорогого покойника.

— В России тоже пытались влиять на скорость времени. Если бы государство продолжало финансировать космические программы, как это изначально задумывалось, то в цехах секретных производств была бы доведена до кондиции и установка «Ловондатр». Теоретик Дусик Иван Андреевич пошел по американскому пути — или его навели на мысль пойти по американскому пути. В результате проект «Янус» предполагает использовать как раз эти самые размагничиватели. По крайней мере, они доказали свою пригодность, они…

— Я плохо разбираюсь в физике, — перебил меня Дробышев.

— Тогда вам придется верить мне на слово. Вот почему выбрано место на берегу озера и строятся такие огромные помещения. Но для того, чтобы установка, работающая по такому принципу, не вернулась через десять секунд, мощность генераторов должна быть побольше, чем в филадельфийском эксперименте, и работать они должны будут постоянно — все то время, пока установка с экипажем будет пребывать в глубинах истории. Вопрос: каким образом это скажется на бедном городе, который сдуру приютил проект «Янус»? Все ли население после беспричинных приступов страха, после резкого ухудшения зрения и прочих прелестей спятит и вымрет или кто-то приспособится?

— Вы полагаете, наше ведомство заинтересовано в том, чтобы уничтожить город в своей собственной стране? — холодно спросил Дробышев.

— Не заинтересовано. Просто это побочный эффект, — ласково объяснил я.

— Очень хорошо… — пробормотал он. — Допустим, мы обсуждаем не реальный и совершенно дурацкий проект «Янус», а гипотетический, удачный. Допустим, есть возможность построить машину времени. На что нам ее употребить? Теперь весь мир с терроризмом борется, я повторяю — все живут сегодняшним днем, потому что завтрашнего может не быть! Прошли те времена, когда переписывали историю, и…

— Так вы же сами сказали! Машина времени — идеальное оружие! Если вам стало известно о террористической акции, достаточно послать своих людей в нужное место и в нужную минуту!

— Борис Петрович!

Он приподнял зад над стулом, и я понял, что маска — маской, а реакция и темперамент у этого деятеля завидные.

— Вам очень хочется заехать мне в ухо, — сказал я. — Не стесняйтесь. Если я упаду со стула, то сам подняться не смогу. Хватит еще одного удара — и проблемы нет. Только имейте в виду: о том, что я сюда отправился, кое-кто знает. И если я вовремя не вернусь, начнутся интересные события.

— По-моему, вы злоупотребляете…

Вот сейчас он точно собрался позвать охрану и вывести меня из кабинета под белы рученьки. Ну, это еще полбеды.

— Несомненно… Значит, так. Фонду, который дал деньги на Дуси-ков эксперимент, обманку подсунуло ваше ведомство. Очень нетрудно в свете последних достижений теоретической физики объявить выкладки Эйнштейна неправильными и устаревшими. Тем более — сам Джереми Красти не ученый, а охотник за привидениями и искатель

Атлантид. Но он, если верить прессе, довольно сердитый старикашка. Его сперва навели на мысль, что строительство непозволительно затягивается и ведется с ошибками, потом надоумили дать проект на анализ независимым экспертам. Ему даже помогли найти группу экспертов, то ли в Колумбии, то ли в Уганде, то ли в Антарктиде…

Благотворителя чуть удар не хватил. Но, как вы понимаете, грант был разбит на несколько частей, кажется, там предполагалось получать очередной кусок раз в квартал… И чем скорее перекрыть нашим жуликам кислород — тем больше шансов у фонда спасти хоть какие-то деньги. И забыть всю эту историю, как страшный сон, — я чуть помолчал. — А потом для кого-то перекупить то, что уже построено и смонтировано, по бросовой цене — дело техники. Очень простой механизм. В общем, кто-то получит не только звездочки за операцию «Янус», но кое-что посерьезнее. И вашему ведомству совершенно ни к чему, чтобы какие-то люди продлевали агонию теперешнего «Януса», имитировали пробный пуск установки, показывали всякие смешные экспонаты, доставленные из прошлого, добывали следующую порцию средств и в итоге повышали продажную стоимость объекта.

— Интересные вещи вы рассказываете. Если бы речь шла не о нашем, а о каком-то другом ведомстве…

— Но если ваши люди пошли по следу экспедиции, то, значит, цель у них простая — любой ценой доставить вам ноутбук с программой Золотухина, — возразил я. — Хотите сказать, что программа сама по себе вам очень любопытна? Академический интерес? Вам нужна была программа, пока она в стадии отработки и в единственном экземпляре!

Наверное, я говорил слишком страстно.

— Вы детективов начитались, — резюмировал Дробышев.

— А вам Оккама читать не доводилось?

Он впервые слышал это имя. Или притворился.

— Жил в четырнадцатом веке в Англии. Был крупнейшим философом-схоластом, — как можно проще изложил я послужной список Вильгельма Оккама. — Но нам, грешным, известен исключительно по принципу, который так и называется — «бритва Оккама». Звучит просто: «Не умножай количество сущностей сверх необходимого». И вот как он работает в нашей ситуации. Ведь, согласитесь, для вторжения в давние века с научными целями вполне достаточно и одного средства!