— Да какие там встречи?! Ныкаться по темным закоулкам с быстрым перепихом? Не… есть в этом что-то животное… я все же предпочитаю по-человечески, что называется с чувством, толком и расстановкой.

— Мы это заметили!

— Тогда продолжим… видишь, уже готов как пионер!

Так что с моральной точки зрения он не то что не замарался, но чуть ли не праведник. Но это если подобные доводы «жрицами любви» были кураторам доведены. Но сомнения все равно оставались. Довели-ли? Хватит этого, чтобы его попытались прихватить? Ну не знал он как работает КГБ и по каким критериям отбирают студентов коих подвергают вербовке. А именно в том и заключался первый пункт Плана — обратить на себя внимание куратора от КГБ.

— Значит нужно прогреметь на весь институт… Вот только как?

Ясно тут одно, нельзя вести откровенно антисоветские речи. Это его похоронит. Точнее План.

Но случай все же представился. Жизнь, она то и дело подбрасывает оные, главное вовремя понять, что это оно и воспользоваться. Носов понять смог.

Все дело в том, что один из его сокурсников, дабы повысить свои акции в глазах противоположного пола, не придумал ничего лучше, как прийти в институт в джинсах. Они в это время начали завоевывать популярность, на фоне общего студенческого фрондерства. И надо же такому было случиться, что именно в этот день, решила устроить внеплановую проверку внешнего вида студентов Даздраперма.

Стоило только ей появиться в дверях, как по аудитории пронесся едва слышный стон, будто привидение дало о себе знать.

— А это что такое?! — буквально завизжала она, и словно телепортировалась к несчастному студенту. — Я спрашиваю: что это такое, молодой человек?! Что это на вас?!

— Штаны…

— Что это за штаны?!

Студент откровенно стушевался, а эта Сперма продолжила бушевать, словно наслаждаясь зашуганным видом паренька, что готов был провалиться сквозь землю и если мог, то непременно сделал бы это.

«Может и правда получает удовольствие от унижения ребят? Есть такие моральные уроды даже среди преподов…» — подумалось Дмитрию.

— Это не просто штаны?! Это джинсы?! Как вы могли прийти в институт в джинсах?! В этих мерзких штанах пропагандирующих буржуазный образ жизни! Где ваша комсомольская сознательность?! Вы ведь комсомолец?!

— Д-да…

— Это ненадолго! Я непременно поставлю вопрос о вашем исключении из комсомола!!! И даже исключения из института! Потому что не может человек преклоняющийся перед буржуазным Западом быть советским учителем! Чему такой как ты может научить советских детей?! Такому же низкопоклонничеству?!!

И тут Дмитрий решил вмешаться, пока парень не грохнулся в обморок от ужаса. А то вон как побледнел. Оно и понятно, сейчас исключение из комсомола — приговор.

— Прошу прощения, но вы неправы.

— Что?.. — аж вздрогнула Даздраперма, а потом взвилась еще сильнее, хотя, казалось бы, куда уж больше. — Кто это сказал?!

«Да блин, она словно сержант-инструктор из фильма „Цельнометаллическая оболочка!“» — мысленно засмеялся Носов.

— Я. Студент Владлен Громкий.

Так же Дмитрия позабавили лица остальных студентов, что посмотрели на него, как на смертника или психа.

— И в чем же я неправа?!

— В том, что джинсы являются проявлением буржуазности. Так вот, я вам говорю, что все строго наоборот. Это проявление солидарности с американскими рабочими и крестьянами.

— Вот как?!

— Да. И если вы мне дадите пару минут, чтобы аргументировать свою точку зрения, я это сделаю.

— Ну давай, аргументируй!

— Благодарю. Итак, товарищи студенты, прежде чем понять, что я имею ввиду, нужно немного обратиться к истории и узнать, как же появились эти джинсы. А появились они на переломе эпох, когда парусные корабли сменялись паровыми. Паруса уходили в прошлое и фабрикантам нужно было куда-то эту парусину девать или разориться прекратив производство. Разоряться капиталисты понятное дело не желали и из этой ткани решили делать одежду для рабочих. Парусина ткань грубая, одежда из нее получалась не слишком хорошей, но с ней немного поэкспериментировали и получили более приемлемый вариант, что мы сейчас знаем как джинсу. Прочная и дешевая. Чтобы грязь была не так хорошо видна, ее покрасили самой дешевой из возможных красок — берлинской лазурью. Потому все джинсы синие. Любой другой цвет удорожал конечный продукт в разы. И одежда из этой ткани за свою дешевизну стала популярна среди американских рабочих и крестьян. Чтобы вам был понятен уровень этой одежды, надо привести аналог советского продукта. Скажите товарищи, что столь же популярно среди советских рабочих и крестьян?

Студенты естественно промолчали. Как молчала и Даздраперма.

— Я отвечу. Кирзовые сапоги.

Прозвучало несколько сдавленных смешков, кои тут же смолкли, стоило только преподавательнице истории КПСС шевельнуть в сторону смешливых студентов головой.

— Да, кирзовые сапоги. Столь же дешевые и прочные. Вы уж мне поверьте, я в них три года отходил. Сносу им нет. Так что на мой взгляд было бы уместным носить джинсы в пару именно с данной обувью. Другое дело, что американские капиталисты смогли облагородить свои синие штаны, налепив клепки куда надо и не надо, да пришив кусочек кожи от отходов кожаного производства, затраты копеечные, а продают с большой наценкой, выбивая из покупателя те самые пресловутые триста процентов. Увы, но мы этим заморачиваться не стали, хотя могли бы из кирзы делать скажем ботинки или туфли и тогда образ был бы полностью завершенным.

Снова послышались смешки.

— Так что да, я утверждаю, что данный студент является настоящим комсомольцем, ибо приобретя джинсы он показывает не приверженность буржуазному образу жизни, а свою солидарность с угнетаемыми капиталистами американскими рабочими и крестьянами, что не способны себе купить костюм, а вынуждены даже вне работы ходить в рабочей одежде.

Когда Носов закончил свой спич, тишина стояла еще минуту. Наконец Даздраперма опомнилась.

— Все сказал? — зло прошипела она, пристально вглядываясь в Дмитрия своими маленькими глазками.