— Да чё-то в парке не очень выходит в последнее время… пф-ф-ф, — он выдохнул. — Конкурентов много стало… только брателле своему не говори, а то поедет с ними разбираться… хе! А тут вчера с Олегом вечерком разболтался, он меня уличной мудрости учил, хы-ы, — Димка засмеялся. — А я вот сколько лет живу в нашем бандитском городе, и только вчера узнал, что, оказывается, спрашивать и интересоваться — разные вещи, а то можно огрести, если не так применишь. А «просто так» вообще говорить нельзя. Типа это значит…

— Я знаю, что это значит. Ну, ты от уличной темы всегда был далёк.

— Ну, мне и не надо. Зато сейчас знаю, что выбрать между двумя стульями, ха-а… о, маршрутка, — спохватился он.

Пробрались внутрь «Газельки», сели на заднее сиденье.

Да, Димка улицей не жил и боевитым никогда не был, драться-то даже толком не умел. Но как оказалось, за друзей он всегда бесстрашно стоит горой. Надо и его за собой тянуть.

Димка начал рассказывать, как вчера выступал в ресторане перед братвой и четыре раза подряд спел «Мурку», а потом какой-то очень пьяный бандит кидал на сцену деньги и требовал петь «Судьбу воровскую» Кучина, которую Димка не знал. Вместо этого он спел «Таверну» этого же певца, но заказчик был так пьян, что разницы не понял.

Зато кидал баксы, и Димка показывал мне полтинник бакинских, предлагая его сегодня пропить, как в старые добрые времена первого курса. Но я посоветовал ему что-нибудь купить своим брату и сестре к школе, а то к концу лета всё резко подорожает…

Район «Бекетовск-один» или «Первый город», как его называли местные, был достаточно далеко от центра города, надо было пересечь большой мост, раскинувшийся через локомотивное депо и множество путей. Из общественного транспорта туда ходили только переполненные маршрутки, а раз в час двигался автобус.

Мы проехали дальше, вылезли на свежий воздух, достаточно чистый, хотя депо было рядом, прошли мимо дворов, засаженных деревьями, и возле киоска Дима нашёл пять рублей, присыпанные землёй, чему очень обрадовался.

А дальше был небольшой рыночек, на нём и ошивался один тип, про которого мне говорил Ярик.

Прозвище у него было Кардан, тип это мутный, знал все банды автоугонщиков в городе, знал, где перебивают номера и где можно по-быстрому продать угнанную тачку или заслать её в другой регион подальше по железной дороге.

Также знал почти всех владельцев СТО, всегда был курсе, кто продаёт свои машины, мог за небольшой процент ускорить процесс регистрации и прочей бумажной волокиты в ГАИ, пройти техосмотр побыстрее, мог выбить скидку в салоне или пригнать под заказ японца с Дальнего Востока. Ну и редкие запчасти мог поставлять. Конечно, к немецким БМВ и Мерседесу хрен чего достанешь, но хотя бы с японцами проблем нет.

И главное — мог помочь купить тачку быстро и совершенно легально, не угнанную, у владельца, со всеми документами и прочим.

В общем, такой посредник между всеми, и Ярик его хвалил за оперативность, говорил, что не обманет, особенно если сказать, от кого пришёл. Ну, думаю, родной брат к кому попало отправлять не будет.

И что Ярик отдельно выделял — Кардан не болтливый, привычки говорить лишнего о своих клиентах у него не было.

Торчал этот Кардан на рынке, небольшом, но наполненным народом, мы пошли прямо туда. На входе поставил лоток с «беспроигрышной» лотереей. Парень в очках печально вещал в хриплый громкоговоритель, что выигрывает каждый пятый билет, но народ здесь в основном местный, все уже давно научены, кто действительно выигрывает в таких лотереях.

Рынок — обычный, таких много по всей стране. Шмотки на продажу лежали на брезенте, расстеленном прямо на земле, мерить вещи надо прямо здесь. Если что, то к услугам покупателя имелся лист картонки, на которой можно было вставать и балансировать. Но если была покупательница, то её могли милосердно закрыть покрывалом в момент примерки.

Но рядов немного, рынок маленький, это на Центральном ходить замучаешься. Здесь даже карманников не было, негде было им развернуться. Так что прошли этот участок быстро.

Чуть дальше, на деревянных прилавках лежали всякие китайские безделушки: часы с пластиковым корпусом, выкрашенные в золото, поддельные наручные часы с названиями всяких брендов, кожаные ремни, леска, крючки и поплавки для рыболовов, китайские игрушки, включая дорогого попугая, который мог запоминать несколько фраз, красного хохотуна-неваляшки, смеющегося дьявольским смехом, если его тронуть, и поющей рыбы, извивающейся на доске в каком-то подобии танца, пока в ней играла записанная песня.