Я выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как горят мышцы рук и спины.

— Чисто! — бросил Гиря, перезаряжая автомат.

Мы обменялись коротким взглядом. Путь на крышу был открыт. Гиря тяжело осел у стены. Кровь медленно сочилась сквозь его пальцы, прижатые к плечу. Зацепило осколком от взрыва гранаты.

Однако взгляд Гири оставался цепким, живым.

— Пойду сам, — прохрипел он, перехватив автомат двумя руками.

Попытался встать, но не вышло — силы покинули его.

И тут очередной короткий резкий щелчок.

— Пулемёт, — увидел я рядом с вентиляцией наёмника, направившего ствол в нашу сторону.

Пули раскрошили часть стены за Кириллом.

Сжав автомат, я вдохнул горячий воздух и переместился за другую груду камней и аппаратуры.

— Гиря, живой? — громко сказал я, пригинаясь от пулемётной очереди.

Кирилл не ответил. Проверять сейчас было некогда. Пулемётчика нужно убирать. Радиостанции у меня нет, чтобы предупредить вторую группу.

Один такой пулемёт на крыше может устроить много проблем.

Я переместился, отстреливаясь от пулемётчика. Выскочил на крышу и затаился за небольшой надстройкой.

Пулемётчик не сбавлял обороты. Я достал одну из двух последних гранат и бросил к его укрытию. Взрыв, и пулемёт замолчал.

Выглянув, я пустил очередь в его сторону, но там уже никого не было.

Не успел я понять — был ли убит пулемётчик, как прямо из-за развороченной вентиляционной шахты на меня выскочил наёмник.

Решение пришлось принимать за доли секунды. Автомат при броске вперёд зацепился, как назло, за торчащий железный уголок. Стрелять я уже не успевал. Пришлось идти врукопашную.

— Сволочь! — услышал я английскую речь.

Подался вперёд всем телом, перехватил автомат поперёк груди и вдавил противника плечом в стену.

Одной рукой, почти на рефлексах, выхватил гранату из подсумка. Без секунды колебаний засунул её ему под разгрузку, выдернув чеку.

Противник не сразу понял, но я его оттолкнул от себя и прыгнул в сторону.

Взрыв разорвал тишину. Наёмника скрутило и отбросило к стене. Я укрылся за обломками, и в тот же миг раздались новые выстрелы.

Очередь срезала бетон в метре от меня. Ещё один наёмник был хорошо укрыт за мешками, и всё это время он ожидал свой момент.

Я перекатился за надстройку, прижав автомат к груди. Ответил короткой очередью наугад, больше чтобы сбить его прицел.

Послышался французский язык — явно мат. Следом наёмник короткой перебежкой сменил позицию, пытаясь застать меня врасплох.

Я судорожно проверил подсумок. Остался автомат, магазин и нож.

Времени на долгие раздумья не было. Я сделал кувырок, перекатился за перевёрнутый стол и вскинул автомат.

Три быстрых выстрела в ту сторону, откуда слышал голос. И тут где-то рядом над крышей прошёл тяжёлый свист.

— Арта! — только успел я произнести.

Удар пришёлся совсем рядом. Снаряд пробил крышу, рванул куски бетона в воздух.

Обломки и пыль осыпали все вокруг. Меня отбросило в сторону взрывной волной.

Я ощущал, как пыль забивается в лёгкие, как гул стоит в ушах, но попытался подняться. Руки тряслись. Ноги были как ватные. Сквозь пелену дыма я увидел силуэт наёмника.

Он шёл медленно, целясь мне прямо в грудь.

Моего автомата рядом не было — взрыв отбросил его в сторону. Я дёрнулся вбок, укатываясь за бетонную опору.

Пули пронеслись над головой, ударяясь в бетон. Наёмник продолжал наступать. Я видел, как его глаза бегают по развалинам, ищут меня.

— Выходи. Может, будешь жить, — услышал я речь на английском.

Он был почти рядом. Я медленно снял с себя камеру и рюкзак, чтобы он не мешал мне. Да и жаль будет разбить камеру.

Я задержал дыхание.

— Где ты?! — рявкнул наёмник.

Ствол показался из-за угла. В этот момент я сорвался. Рванул вперёд, врезался наёмнику в грудь и одновременно ударил рукой по стволу его оружия.

Автомат вылетел у него из рук, с металлическим лязгом ударившись об пол.

Мы сцепились в ближнем бою. Короткие удары локтями, коленями, плечами. Он был выше и тяжелее, толкал меня назад, наваливаясь всей массой.

Заваливаясь, я ударил ему коленом под рёбра.

Наёмник застонал, но тут же вцепился мне в горло. Удар и его кулак рассёк мне скулу.