«Игрушки могут быть жестоки». Миро говорил рассудительно. «Куда как хуже своих создателей. Думаю, что нам представиться возможность сократить поголовье ушастиков. Мирослав, могу тебе сказать, что у нас проблема!»

«Какая?» Попытался успокоиться я.

«Такая, что воинов у нас в экипаже нет. Хмурый для ушастиков легкая разминка, Снегурочка и Капризулька даже разминкой не будут, не говоря уж об остальных. Что-то исполнить могут Низкоранговая и Вещь, но этого недостаточно!»

«Повернем обратно?»

«Нет, нельзя. У нас слишком ценный груз. Нужно двигаться дальше. Но с таким экипажем мы наживем проблем!»

«Миро, я тебя знаю почти как себя». Признался я. «Ты что-то предлагаешь?»

«Нужно дать им силу».

«Каким образом?»

«У нас есть схемы нужных биомехов. Физическая сила, управление энергиями, здоровье. И есть санитары».

«Они не согласиться».

«Уверен?»

Вот тут уже стало не по себе мне.

Гардарика была заселена неравномерно.

Подавляющая часть населения скопилась в двух десятках городах, меж которыми раскинулись обширные пустые пространства, в которых никто не жил. Существовали маленькие поселения вдоль Континентального шоссе и на северном побережье, но это общей картины не меняло.

Все города тут строились как под копирку. В центре огромные гиперболические башни, центры социальной и деловой активности. Башни окружены домами-шарами, для тех, кто любит компании. А дальше пригород, ухоженные парки с домиками-усадьбами, населенные теми, кому по душе уединение. Пригород мог тянуться на многие десятки километров вокруг города, иногда даже пригороды разных городов соприкасались друг с другом, проникая один в другой.

Городское хозяйство поддерживали мощные компьютеры, называемые Хранителями, управляющие отрядами неразумных слуг-биомехов. Да и Искусство помогало, все в городах было пронизано энергией. Даже их система связи функционировала на основе энергий, а не радиоволн, как понял Миро.

На биомехах тут держалось если не все, то многое. Маленькие, незаметные существа сновали всюду, ухаживая за растениями и постройками. Даже хлебные деревья одичали бы, если бы не биомехи, похожие на маленьких фей, которые ухаживали за полезными растениями. В самом деле, зачем хлебные деревья, если доступна дармовая энергии и Создатели Сущего в каждом городе? Придумай себе любую еду, Создатель воплотит.

Удивительный мир, возможный только благодаря технологиям Архитекторов.

Континентальное шоссе, по которому мы двигались, забирало к востоку. Леса отступали к югу, города забирали дальше на север и на запад.

Впереди на тысячу километров обширные пустые пространства, заполненные редким лесом и желтой травой. Лес медленно отвоевывал своё у травы, упрямые деревца тянулись из земли по границам рощ. Но и трава не собиралась сдаваться, оплетала стволы, давила деревца, пытаясь пригнуть к земле.

Населенные земли располагались ближе к северу и западу, тут, на востоке континента, жили мало. Шоссе проходило через оживленные когда-то места, то и дело на горизонте мелькали заброшенные строения. Гиперболические башни упрямо тянулись к небу, обтянутые желтыми ползучими плетьми растительности. В оптику было видно, что стены выщербленные, покрытые оспинами и вмятинами, языки посадочных площадок давно обвалились вниз.

Однажды попался памятник. Мраморная стела высотой метров двадцать выросла из вершины крутого холма при дороге. Внизу разбит аккуратный сад, поля алых цветов отвоевали жизненное пространство у желтой степной травы.

Остановились, вышли посмотреть.

Стоило подойти поближе, как с цветов сорвалась стайка фей-биомехов, и разлетелись в стороны, возмущенно попискивая.

К стеле вела дорожка, выложенная серыми камнями.

На основании стелы выбита надпись на интерлингво.

«Памяти Первого Батальона Хольмграда. Вы остались тут и в наших сердцах!».

— Наследие войны. — Благовейно сказал Яромир.

«Поехали-ка дальше!» Посоветовал Миро. «Нечего тут торчать. Стой! Не делай этого!»

Зачем я отправил сканирующую волну и собрал в буфер, не понял и сам.

Ночь сменяется днем, серый рассвет над полной жизнью, цветущей степью, наследием первых поселенцев. Тяжесть оружия в руках. Крылья стирают плечи, управляющая нить раскаленной иглой пронзает шею. Усталая, резкая решимость, злой восторг и кураж. Коробочки транспортов, вытянувшиеся в линию, ползут внизу, до отказа забитые мерзкими, отвратительными существами, которые не должны находиться тут, на этой планете. Время течет стремительно, отказывают ноги, резь в глазах. Смерть придёт скоро, так или иначе, все они обречены Проклятой Чумой. Медицинские симбионты дают шанс прожить дольше, но такой ценой, которую никто из них не готов платить. Осталось только обменять остаток своей жизни на то, что важно.