— С чего начнем? Знаете?

— Да, кое-какие зацепки у меня есть.

— И?

— Начнем с простого. Господин Увлиш, министр юстиции, наш излишне осведомленный коллега… Откуда и как он мог получить свои сведения? По-моему, за эту ниточку стоит потянуть, как считаете?

— Согласен. Эту гниду стоит потянуть не только за ниточку…

— И еще, — вклинился в излишне кровожадные планы генерала Ретен. — Пять лет назад наш шустрый министр тоже оказался замешан в то дело, о котором я вам сейчас напомнил. Правда, не сам, а через своего личного помощника, господина Остарна. Но… вряд ли тот действовал совсем уж самостоятельно.

— Так почему вы не прихватили эту министерскую гниду за яйца уже тогда?

Ретен пожал плечами:

— Увлиш не глуп. И хорошо подстраховался, прикрыв все, что только можно. Теперь дальше. Пару лет назад в этой же гнилой компании и с теми же идеями мелькнули еще два персонажа: господин Гарлат и его тесть — господин Кневри.

— Тот самый денежный мешок, что последний год активно лезет еще и в политику?

— Он.

— И, насколько я понимаю, — генерал прищурился и чуть приподнял уголки губ, обозначая намек на улыбку, — вы не просто так о них упомянули?

— Не просто, разумеется.

— Ваше скользкое ведомство имеет на них выходы?

Ретен опять предпочел не заострять внимание на эпитетах:

— Бывший личный помощник министра господин Остарн — мой человек. Формально от дел после того скандала он отошел, но фактически…

— Фактически через него до нежных мест господина министра вы и будете добираться?

— Попробуем, да, — пожал плечами ресс.

Вернулся господин Шунерутли, атташе по техническим вопросам посольства Сиенуры (и «господин в шляпе» по совместительству), в самом деле быстро. Но Пепел за это время успел выяснить не только его имя, но и служебные обязанности: расколоть парней, не засветившись при этом, оказалось делом на удивление плевым. Так вот, в те обязанности как раз и входило заниматься дипломатической почтой: ее получением, отправкой, а иногда и перевозкой. Последнее, правда, крайне редко, лишь в каких-то особых случаях, но случай сегодняшний именно таким и оказался.

Господин Шунерутли готовился сопровождать вализы еще до того, как в его планы со своими собственными, жутко срочными делами влез некий инженер Ранси. В поезде маршрутом Сонресорм — Насагонт заказали целое купе первого класса — исключительно для него одного, если, конечно, не считать дипломатического груза.

Ящик туда должны были доставить люди из посольства, потом они же должны были опечатать дверь снаружи, закрыв там курьера вместе с почтой. И если кто-либо попытается вломиться к нему раньше, чем состав прибудет по назначению, дипломатический скандал обеспечен. А то, глядишь, и чего посерьезнее скандала.

Все эти сведения Дари из парней как раз потихоньку и выудил за четвертой или пятой чашкой чаю — к тому моменту со счета он уже сбился.

А вот как те продуманные планы поменяет его собственное присутствие, просветил Пепла уже сам атташе.

— Господа, — начал он, едва перешагнув порог, — раскладку грузов меняем.

Оба «секретаря» тут же послушно отставили чай и приготовились внимать.

— Вализы поедут отдельно, — продолжил тот, подойдя к куче мешков из плотной синей ткани и внимательно их разглядывая. — Каждую нужно тщательно опечатать.

— Угу, — с готовностью откликнулся один из парней. — Сделаем.

— Остальное пакуем в ящик, как и намечали. Но так, чтобы осталось место еще и для нашего гостя, — небрежно ткнул он в сторону Пепла. — Ясно?

Откровением те распоряжения ни для кого не стали, давно уже было понятно, к чему все идет, а потому ребятки лишь равнодушно кивнули.

— Ну так приступайте, чего ждете? — поторопил их атташе. — Осталось меньше часа.

И, лишь убедившись, что парни послушно рванули исполнять, оглянулся на Пепла.

— Теперь с вами, господин инженер. Поскольку мешки из ящика мы вытащим, там освободится местечко как раз под ваш размер. Но впритык. Впрочем, долго вам в этом гробу лежать не придется — лишь до поезда. А как только окажемся в купе, я вас выпущу, и до Насагонта мы поедем со всем возможным комфортом.

— Благодарю, — Пепел и правда был благодарен за неожиданную заботу, хотя согласился бы на ящик и до самой Сиенуры, не останься у него другого выбора.

— Да. Но, полагаю, прежде чем вас… э-э… упакуют, стоит сходить подготовиться. — Шунерутли демонстративно покосился в сторону опустевшего чайника. — Удобства вон за той дверью.

— А ванной там нет? — оживился Дари. — Или хотя бы душа?

— Шутите? — уставился на него атташе.

— Ага, шучу, — не стал тот спорить и побыстрей слинял, куда сказали, — от греха. Что-то он и в самом деле излишне расслабился — видать, оттого, что до сих пор все шло слишком гладко.

Перепаковка грузов тоже прошла как по маслу. Единственное, что беспокоило Дари, так это две тяжелые коробки с бутылками, втиснутые в сундук слишком близко к тому месту, где подразумевались его ноги. Впрочем, других вариантов все равно не было: никто не собирался оставлять сиенурских чиновников без хорошего имперского коньяка из-за какого-то залетного инженеришки, да еще и неизвестно, насколько ценного. Так что, когда Пеплу царственно ткнули в сторону сундука, сопроводив этот жест не менее царственным: «Прошу!» — кочевряжиться он не стал, улегся, куда велели. И в качестве утешения, не иначе, тут же получил прямо под бок тубус с загадочными бумагами — его сунули в ящик последним.