— Так шевелите же мозгами, Ретенауи! Не видите, что на Варановом сынке сейчас держится мир между империей и Сонресормом? Он, ну и вы тоже, — то, что не дает нашим отношениям с севером скатиться в прямой конфликт! А ведь сколько раз уже подталкивали, помните? Хотите, я вам приведу еще одну цепочку фактов? Начиная от похищения двух ресских баб тридцать лет назад и кончая давешней попыткой змеюк Шоргуа поменять беловолосым всю систему власти. Что? Не настораживает?

— Н-да… — Ретен откинулся на спинку кресла. — Вот правду говорят: две головы лучше одной. Так вы полагаете, что цель — стравить империю с рессами?

— Цель — отколоть от государства Сонресорм. Любыми путями. Вплоть до прямого военного конфликта. А Варанов щенок все время путается там под ногами. Все время! Как специально. Единственный смесок. В ком текут обе крови.

— Нет! Подождите! — Ретенауи вдруг замер, настолько странная идея его посетила. Странная, но при этом не противоречащая ни единому факту. — Цель там другая! Отколоть от империи север — это всего лишь первый этап. А если довести мысль до логического конца, то выходит… Отколоть, чтобы потом уничтожить! Понимаете? Уничтожить Сонресорм — вот чего они хотят. То есть уничтожить рессов. Вообще. Как таковых. Спасибо, что помогли разглядеть это. А ведь все так очевидно…

— Очевидно?! — Теперь бровями поиграл генерал. — Издеваетесь? Зачем это Сиенуре?

— Не Сиенуре, нет. Вернее, не только и не столько им.

Сорвени продолжал сверлить его недоверчивым взглядом.

— Сейчас поясню, — смирился Ретен. Но свои пояснения начал издалека:

— Насколько вы в курсе скандала с архивом Варана? И всего, что закрутилось потом вокруг?

— Ну… кое-что знаю, да.

— Насколько подробно?

— Если вы про то, что на вашей совести Ютис, Красп с его измененным и еще парочка-другая трупов, то в курсе.

— Нет, я не про совесть…

— Конечно. Про совесть — это не к вам. Тут я тоже в курсе.

— Генерал, — Ретен сдвинул брови, — вы, кажется, хотели, чтобы я вам кое-что объяснил?

— Простите. И продолжайте.

— Так вот, если вдруг не знаете, тогдашний заместитель министра образования неожиданно для всех оказался рьяным поборником идеи полностью избавить мир от беловолосой дряни. От рессов, да. А тогдашний Ютис, который, как вы только что заметили, на моей отсутствующей совести, тоже очень хотел навсегда избавить свои земли, но уже от лордов. И при этом оба прекрасно друг с другом спелись, с двух сторон поддерживая и финансируя опыты Краспа. Вам не кажется это странным?

— Мне это кажется невозможным. Вы точно ничего не путаете?

— Увы, нет. И потому, полагаю, в этой партии должен быть некто третий. Тот, кто их свел и поддерживал, потихоньку направляя в нужную для себя сторону.

— Разве это не противоречие? Как можно поддерживать и тех, и других, если цели у них полностью противоположны?

— Это только кажется, что противоположны. На самом деле нет. Кое-кто из лордов явно хотел бы загнать нас в резервации и заставить там сдохнуть. Лучше всего, если мы потом сами перережем там друг другу глотки. Но ведь и те, кто поддерживал Ютиса, стремились, по сути, к тому же: закрыться в резервации, прервать все контакты с империей и в итоге вымереть там рано или поздно. Суть одна! Изолировать и уничтожить.

Сорвени выдохнул сквозь зубы:

— … ! Возможно, вы и правы! Тогда понятно, для чего здесь три десятилетия крутят этот сраный хоровод, провоцируя Сонресорм на конфликт. Чтобы изолировать его, да. Но Сиенура? Их интерес в чем?

— Земли. То есть рудники. На самих рессов им, похоже, плевать. Даже лучше, если они достанутся им уже без бывших хозяев. Или с какой-нибудь удобной марионеткой вместо них. Много лучше. Так что и они стремятся к тому же, но уже с третьей стороны. Через Шоргуа.

— И всем им палки в колеса ставите вы и мальчишка Равеслаут.

— Выходит, так. Но повторюсь: сила, которая все эти три стороны контролирует и направляет, одна. И стоят за ней наследнички генерала Кансти, носившего очаровательное прозвище «палач рессов». Наследнички, решившие довести-таки его дело до конца.

— А смысл? И выгода? В чем они?

— Не знаю пока. До этого еще предстоит докопаться. Но то, что они есть, и серьезные, — несомненно. Тут вы правы.

— Хорошо. Тогда другой вопрос: кто? О ком мы сейчас говорим?

— И это нам тоже предстоит выяснить.

— Нам? — Сорвенни искренне удивился. — Не забыли, что у меня несколько другое ведомство? А у него совсем другие задачи?

— Я — нет. Но те, кто втянул в это вас и вашу дочь, похоже, забыли. И очень о многом. Не хотите напомнить?

Генерал с минуту пристально изучал собеседника, явно что-то взвешивая, но в итоге все-таки усмехнулся:

— Умеете вы уговаривать, Ретенауи.

— И даже не особо это скрываю, — тут же усмехнулись ему в ответ.