— Откуда такие предположения? — подобрался Ретен.

— От Делоризы. Оговорилась, что ей гарантировали роль чуть ли не королевы за ее невыразимые страдания. При короле Олли, как я понимаю.

— Н-да…

— Единственное, чего я долго не мог сообразить, — зачем нашему душке при таком раскладе моя Рин. Но, знаешь, полюбовавшись задницей другого мужика между ног его невесты, кое-что понял. Я бы на его месте тоже предпочел жену не столь… популярную и любимую остальными.

Ретен опять прикрыл глаза, размышляя.

— Кстати, — перебил эти думы Дари, — Каголи успел тебе поведать, кто так азартно подбивает Шоргуа на продажу их шахт?

— Успел. Представители от синдиката нашего давнего знакомца господина Кневри. Но я как-то не связал эту ситуацию с твоей.

— Зря не связал. Сдается, в нашей… э-э… ситуации все связано.

— Поясни.

— Ну вот смотри, как я это вижу: Фирмиллит рассчитывает запустить конвейер по созданию новых, идеально послушных измененных и плюсом к тому закрепить за собой монополию на это дело. Последнее тоже обязательно, если рассматривать ситуацию с прицелом на будущее, а он не дурак и наверняка рассматривает ее именно так. Для этого, в свою очередь, ему нужно получить материал, то есть наплодить смесков, вытрясти из моей башки технологию Краспа и прибрать к рукам контроль над Сонресормом. С перспективой полного уничтожения чистых рессов, дабы не создавали потом ненужную конкуренцию.

— И поэтому он хочет поставить во главе провинции своего человека?

— Ну да, причем уже сразу полукровку. Вернее, сначала пропихнуть его к власти в роду Шоргуа, а потом эту семейку поставить во главе рессов.

— Невозможно. Их всегда возглавляют лишь самые сильные по дару. Полукровке, пусть даже и обученному, с ними не тягаться.

— Невозможно, — согласился и Пепел. — Сейчас. Но что-то они там здорово мутили в плане наследования, не забыл?

— Нет, не забыл. Но все равно практически без шансов. Подсунуть им нового Шорга со стороны, да еще и непонятно какого… Нереально!

— Реально. Если хорошенько тряхануть провинцию, затеяв войну.

Ретен выдохнул сквозь зубы:

— Дискредитация Сорвени! И приборы беспроводной связи.

— И шахты с вольфрамом для их производства, да, — поддержал его Пепел.

— Но при чем здесь тогда господин Кневри с его интересными предложениями к рессу Каголи?

— А Кневри, выходит, посредник. Максимально безопасный и неподозрительный в нынешних условиях. И гарант того, что империя хотя бы поначалу отнесется к событиям на севере спустя рукава. Ну, насколько оно вообще возможно.

Дари прервался на секунду, чтобы почесать нос, и продолжил:

— На чем-то они там сошлись с Фирмиллитом. На каких-то общих интересах или идеях. Может, рессов вместе не любят, а? Вот, скажем, собираются регулярно по пятницам и не любят…

Ретен странно глянул на парня после этой фразы, но промолчал. Про ассоциации Лаис на допросе предпочел не распространяться: нечего зря воздух сотрясать, если и так все ясно.

— Шучу, разумеется, — отмахнулся Пепел, неправильно истолковав этот взгляд. — Вполне возможно, на тех пятничных посиделках они делятся друг с другом лишь самым лучшим, а вовсе не негативом. Сиенура в лице Фирмиллита — развитой фармакологией, к примеру, а империя в лице господина Кневри — новейшими техническими достижениями. Которых нашим соседям просто жуть как не хватает, если судить по их стараниям в области шпионажа. Ну или живым материалом для опытов — не суть на самом деле. А в итоге рождается у них общий и весьма жизнеспособный с виду проект, у которого лишь один, но фатальный недостаток.

— Технологии Краспа больше не существует, — понимающе кивнул Ретен.

— Именно! И восстановить ее невозможно, да. Но верить в такое кое-кому категорически не хочется: слишком серьезное здание уже успели выстроить на этом песке. Потому меня в покое и не оставят. Даже если исхитрюсь пришибить Фирмиллита вместе со всей его кодлой, уверен, вскорости вместо нее нарисуется кодла другая, но со все тем же проектом домика на песке. Вернее, на несуществующих знаниях в моей башке. Кстати, не выпотрошили ее до сих пор лишь по одной-единственной причине: боятся раньше времени засветить свой интерес к моей скромной, в общем-то, персоне. Ведь тогда рыбки покрупнее тоже ломанутся в эту игру за своим собственным крупным кусочком. А оно им нужно?

— Подозреваю, что не нужно, — Ретен все-таки ответил на риторический вопрос, хотя нужды в том особо не было. — Но ты не прав, я уверен, все рыбки давно в курсе. Только каждая думает, что именно ей гарантирован лучший кусок, и просто ждет.

— Может, и так, — согласился Пепел. — Счастье еще, что они у них тут вечно грызутся между собой, рыбки эти. Прям как настоящие акулы. А то давно бы откусили сьеру Фирмиллиту хвостик по самую голову и уже приступили к обгладыванию моего.

— Ты про их разведку и контрразведку?

— А то про кого же?

— Пожалуй, да. Нам стоит благодарить всех богов, что Сиенура так и не сподобилась создать единого ведомства подобного рода — чего-то типа имперской тайной канцелярии. Только поэтому мы их пока и переигрываем в большинстве случаев.

— А кстати, почему не создали? Есть причина?

— Разумеется. У их величества сиенурского короля есть основания опасаться сильной силовой структуры у себя под боком. Особенно если та вдруг выйдет из-под контроля и затеет собственную игру — уже против него. Считает, пусть лучше вместо этого будут две конторы поменьше и послабее, зато регулярно друг на друга постукивающие — так оно значительно безопаснее.