Да и соседи теперь всегда ждут их. Второй раз уже спящих прикончить не выйдет. Каждый раз им приходится драться, а это — снова же лишнее время. Один остров из ближних закрыт — там гахары. Остаётся лишь три. Ну быть может ещё та четвёрка, что стоят чуть подальше — в ясную погоду вершины их гор тоже видно. Ладно, семь. Но уж плавать куда-то ещё уже точно бессмысленно — слишком долго получится. Но они и не плавают. Здесь же их не было.

Мы же теперь сможем едва ли не каждый день по победе добывать. В мою лодку легко влезут пятеро. Понаделать всем вёсел — и в путь. Отплываем за риф, там меня убивают — я к гахарам, а лодка на месте. И в обратную сторону так же. Главное, чтобы последний из мунцев тоже умер за рифом. Как просто. Так и будем туда-сюда плавать на моей лодке, пока её какой-нибудь особенно лютый шторм не потопит. Но и то не страшно. Я ведь всегда могу новую сделать.

А пока над этим всем размышляю, Клещ рассказывает о том, как у них получилось узнать, что у перерождения — так они обновление кличут — вообще есть границы. То вышло случайно. Едва перескочив сюда с Суши, мунцы, как когда-то и мы, сразу принялись обыскивать остров. Только делали это они не так тщательно, как в своё время прочесавший джунгли вдоль и поперёк Ло, так что обследование склонов торчащей из моря горы уложилось всего в несколько дней.

Долго не думая, охотники приняли решение — плыть на соседний остров. Тот вроде несильно далеко, да и море не кишит хищным зверем. Простой плот должен справиться. Всё равно лодки строить из них никто не умел. Нарубили брёвен, связали их меж собой, вырезали вёсла. Получилось неплохо. Вечером испытали плот в прибрежном мелководье и, вытащив его одним краем на берег, оставили так лежать до утра, собираясь с рассветом оправиться в плавание.

Тогда они ещё не знали, как быстро на Воде меняется погода. Налетевшая посреди ночи буря яростным ливнем загнала охотников в лес, а про то, что сопровождавший дождь шквалистый ветер может запросто вспенить спокойное некогда мелководье, они не подумали. Итог: поднявшиеся волны стащили плот с берега и утянули его в открытое море. Догонять его вплавь уже было бессмысленно. Охотники обругали себя за беспечность и принялись строить новый плот.

Вот только уплыть они так и не успели. Очередная ночь стала для них седьмой на Воде, и явившийся ящер заставил охотников пересмотреть свои планы. Убив зверя, они полезли в появившуюся возле его трупа нору. Дальше схватка, победа, перерождение, цифры на лбах. Тут уж Вепрю с друзьями хватило мозгов разобраться в происходящем. Пояс Смерти открыл им свою суть, и охотники поняли, что уплывать с острова по большому счёту нет смысла.

Тем более, что их только что связанный заново плот безвозвратно исчез. Последовавшее за завершением поединка перерождение острова всё вернуло на прежние места. В том числе и верёвки, которые были использованы при строительстве обоих плотов.

Верёвки, но не брёвна, из которых был связан их первый плот. Те так и продолжили дрейфовать по течению постепенно ещё больше отдалясь от острова. Орлиный Глаз Эгера позволил заметить их в паре десятков вёрст от берега. Так отряд Вепря и получил это, казалось бы, совершенно бесполезное знание.

— Ладно, парни, давайте заканчивать, — остановил Вепрь всё продолжающего и продолжающего трещать Клеща. — Уже ночь в разгаре. На рассвете нам выходить в море. Хотелось бы перед тем хоть немного поспать. Нам, в отличие от Китара, перерождение силы не вернёт. А ведь надо ещё и вёсел наделать.

— С этим помогу, — поднялся я на ноги. — Дар мне обновление тоже восполнит. Нарублю вам сейчас досок потолще — из них уже себе черпаки к вёслам вырежете.

Сказано — сделано. В свете факела порубил подходящее деревце на продольные полоски. Дальше мужики сами справятся. Теперь спать. Возвращаться к себе среди ночи нет смысла. Мне гахаров убивать проще по светлому. Утром все вместе от острова отплывём, и отправлюсь обратно. Упал на заботливо предложенную Бочкой лежанку и мгновенно заснул.

Какой всё же здоровский у Чопаря дар. На двушке его молнии убивают мгновенно и совершенно безболезненно. Раз — и мозги запеклись. Клещ даже шутит, что умник теперь запросто может подрабатывать поваром. Не успел я повернуться к вызвавшемуся меня умертвить мунцу спиной, как уже рублю нелюдей. С одного пляжа на другой за долю секунды перелетел. В тесной лодке меня молниями убивать не с руки — соседей заденет — так что вышедших за риф друзей Чопарь будет догонять уже вплавь. В другой раз усложнять так не стану, попрошу Клеща меня заколоть. То сегодня подарок себе решил сделать.

Но радость, которую принесла мне лёгкая смерть, продлилась недолго. У гахаров победа. Пусть и маленькая, а всё равно неприятно. Своими попытками избежать встречи с моими Клинками проклятые нелюди всё же сумели испортить топор. Разрубил его вместе с хозяином. Прямо железо рассёк. Неудачно гад дёрнулся.

Благо, инструмент мне сегодня не нужен, а то йока с два бы я без него с лодкой справился бы. Спасибо, что нелюди не могут сговориться друг с другом, чтобы слажено реагировать на мои бесконечные, идущие одно за одним нападения. Сопротивляются мне каждый по отдельности, а, к примеру, все дружно прыгнули бы в разные стороны, и я бы уже их так легко не достал бы за пару мгновений.

А ещё хорошо, что незримые клинки вылетают из моих кулаков гораздо быстрее, чем я успеваю этими самыми кулаками взмахнуть. Мне даже поднимать руки не нужно, чтобы убить двух ближних ко мне гахаров, которые, упусти я момент, могут запросто прикончить меня сорванными с поясов ножами. Вот двух дальних уже достаю на взмахах руками. Тут одного поворота кистей уже мало.

Тем не менее, вновь уложился всё в ту же пару секунд. Люди — путь даже сидят в них и нелюди — с разрубленным надвое туловом долго и так не живут, но я ещё после и по головам прохожусь, добивая. Более-менее уже наловчился справляться с этой кровавой задачей. Раз уж можно теперь и топор не щадить… Йока с два у меня они вырвутся из этого хоровода смерти. Остальные уж ладно — глядишь, с другими гахарами никогда и не встретимся больше — но этим пятерым нелюдям точно конец. Этих я по-любому прикончу.