Но красивое-е…

Вернувшись домой в районе четырех, я как раз застала момент отправки “Витязей” на дело. Я только-только выходила из такси с покупками, а они бодро выбегали из особняка один за другим, грузились в свой фургон и выглядели при этом предельно сосредоточенными.

– Проследишь?
– попросила Ржевского и тот, молча кивнув, юркнул в ту же сторону.

Самое интересное, мужчина были одеты хоть и не в повседневное, а в строгие армейские брюки-карго, кожаные берцы и безликие серые футболки, но в то же время я не заметила в их руках ни одного элемента тех магических доспехов, которые были на них в прошлые разы.

Или они их в фургоне хранят? Интересно!

Сама я, чувствуя, как начинаю волноваться, тем не менее заставила себя успокоиться, уйти в дом и заняться делом. Например, разобрать покупки! Дело это было не только ответственное, но и приятное, так что я легко отвлеклась, а остаток вечера посвятила чтению и медитации.

В семь ко мне заглянула Дарья и, зовя на ужин, немного растерянно сообщила:

– А куда постояльцы наши подевались? Ни одного нет. Я им ужин повезла, а сейчас даже не знаю, раскладывать ли.

– Не раскладывай, - согласилась с ней.
– Они, наверное, на вызов поехали, будут позже. Оставь кастрюли на стойке и подпиши, что это ужин. Вернутся, сами поедят, не маленькие. Если к полуночи не явятся, уберешь в холодильник, разогреют.

– Ладно…

Не знаю, показалось ли мне, а может и нет, но как-то уж слишком сильно она расстроилась, так что я подумала и, хитро прищурившись, задала вопрос:

– Даша, а тебе кто из них нравится?

Судя по сочному алому румянцу, я угадала с причиной её чрезмерного волнения, а вот ответ меня искренне удивил.

– Савелий.

Кхм…

Впрочем, внешность ведь не главное, да? А человек он точно хороший.

Главное, чтобы сердечко наше кулинарной фее не разбил, а остальное решаемо.

В общем, я лишь улыбнулась, давая понять, что ничего не имею против её душевной привязанности, после чего с удовольствием отправилась на ужин и по достоинству оценила запеченную форель под сырной “шапочкой” с овощами, а на сладкое поностальгировала над домашним мороженым, щедро политым клубничным вареньем.

Боже мой, как же вкусно!

Остаток вечера прошел уютно и по семейному: мы собрались в гостиной, где уже поменяли пол, окна и батареи, оставалось лишь дело за малым - обновить потолок, обои и приобрести новый ковер, но этим рабочие займутся позже, когда мы с Улей определимся с тем, кто и где будет жить на втором этаже.

По всему (и согласно плану) выходило, что второй этаж был преимущественно хозяйским. То есть комнат много, функционала мало. Во-первых, хозяйские покои. Они состояли из: спальни мужа и спальни жены, двух гардеробных, двух санузлов, личной столовой, маленькой комнатки горничной, каморки лакея и одной общей гостиной. Затем детские: три спальни, один санузел, гостиная и игровая. Комната няни и ещё одна каморка для горничной. Кабинет. Музыкальная гостиная. Библиотека, совмещенная с учебной комнатой, где в прошлом детей обучали грамоте и прочему приглашенные учителя. Оказывается, аристократы раньше (да и сейчас) в начальной школе не учились, им преподавали все нужные знания на дому.

Сейчас от библиотеки осталось лишь название и несколько рассохшихся стеллажей, кое-какие старинные книги остались лишь в кабинете.

Так как замуж я в ближайшее время (и в принципе) выходить не планировала, но всё же являлась наследной графиней, то даже вопроса не возникло, кто будет занимать хозяйские комнаты. При этом мне самой было достаточно одной спальни, одной гардеробной и гостиной, остальные комнаты лично я считала излишком.

Тем не менее вторую, смежную спальню я решила оставить для тренировок с оружием и медитации, на это там как раз хватало места, ну а остальное можно было отремонтировать по минимуму - без претензий на шик, главное, чтобы было ново и чисто.

Ульяне я предлагала занять две из трех детских спален, всё же она мать юной графини Юлии Ржевской, а это не хухры-мухры. Третью щедро разрешила переоборудовать под кабинет писательницы, чтобы не городить мебель в спальне.

Прохор сразу заявил, что останется жить внизу. Мол, с первого дня своего трудоустройства там жил и ничего менять не планирует. Дарье тоже было удобнее жить внизу - поближе к кухне. При этом она без лишних уговоров согласилась поменять свою крошечную каморку на нормальную комнату (например ту, где сейчас жила я), всё же сейчас её условия проживания оставляли желать лучшего. Ну а Алевтина с сыном чуть позже переедут на второй этаж в комнату, где раньше жила няня господских детей. Пусть ребятишки будут поближе друг к другу.

После всей этой рокировки внизу оставались четыре каморки, где раньше жили слуги, две большие гостевые комнаты, которые тоже можно было переделать под номера, освобождалась комната Ульяны и гостиная, где мы сидели сейчас, а ещё в запасе имелась большая столовая, расположенная рядом с кухней. Сейчас она стояла закрытая, я не видела смысла есть именно там, ведь нам вполне хватало и места на кухне. Тем более мебели в столовой все равно не было, и из-за плохих окон и северного расположения полы там были просто в ужасном состоянии.