– Вот, па. Они для пира.

Фенрик положил зайцев на доску у очага и принялся снимать с них шкуру с помощью чешуйки из черного, стекловидного камня. Пока он это делал, Йим повернулся к Нире.

– Ты сказала, что меня ждут.

– Да, матушка. Лайла мало о чем еще говорила с конца зимы.

– Но откуда она знает?

– Она разговаривает со Старейшими у озера, как и я до прихода Фенрика.

– Под Старейшими вы подразумеваете фейри?

– Некоторые называют их так.

– И они знают обо мне?

– Уже много веков.

Йим почувствовала себя так же растерянно, как и тогда, когда Провидица сказала, что знание о ней – «старая тайна». Она отметила, что Хонус, похоже, отреагировал так же, и сочла за лучшее спросить о чем-то другом.

– Я давно не ела. Все пахнет очень вкусно. Что готовится в этих горшочках?

– Желудевая каша с травами и медом, – сказала Нира, указывая на один горшок. Она жестом показала на другие. – Летнее рагу, стрелки фейри с чесночными чешуйками, грибной суп, а это – горячая вода.

Лайла ухватилась за край котелка с водой, используя обрывки шкурок, и перелила ее в широкий посудный таз. Затем она поставила таз перед большим округлым камнем.

– Садись сюда, мама, – сказала она, указывая на камень. Когда Йим села, девушка проверила температуру воды и добавила в нее несколько листьев, висевших у нее на поясе. Когда она размешала их, появился ароматный туман.

– Опусти ноги в воду, – сказала Лайла, – и я их вымою.

– Я могу сделать это сама, – ответила Йим.

– Пожалуйста, позволь мне оказать эту честь, – сказала Лайла.

– Только если ты объяснишь, что происходит.

– Не здесь. Не сейчас. Потом.

– Хорошо.

Йим подняла ноги и опустила их в теплую, пахнущую травами воду. Поначалу она чувствовала себя неловко, пока Лайла смывала грязь с ее ног и начинала их массировать. Пальцы девушки были сильными, и она умело использовала их, чтобы облегчить боль Йим. Йим показалось, что руки Лайлы разговаривают с ней, признавая ее трудности и предлагая облегчение. Йим расслабилась, и ее мысли стали спокойными. После того как Лайла вынула ноги Йим из воды и высушила их с помощью кошачьего хвоста, она принесла пару сандалий.

– Это твои, матушка.

Йим надела их. После всех странностей, произошедших днем, она не удивилась, что сандалии подошли идеально, вплоть до отпечатка ее ступни на кожаной подошве. Они были смазаны, но не новые, и, присмотревшись, она поняла, что один из ремешков был отремонтирован. Йим сняла сандалию, осмотрела ремешок и узнала работу Фоэля.

– Я потеряла ее в реке Йорверн!

Лайла улыбнулась, а затем прошептала на ухо Йим. – Знак от Старейших, что ты можешь обращаться к ним в трудные времена.

Йим уставилась на свою сандалию, гадая, какая магия восстановила ее обувь и какие еще секреты знает Лайла. Девушка не обратила внимания на изумление Йим и присоединилась к отцу, чтобы приготовить зайцев. Ее мать помешивала в других горшках. Никто не разговаривал, но в тишине царило умиротворение, которое постепенно возвращало Йим покой. Свет, проникающий из окон, постепенно угасал, и когда подали ужин, его ели при свете камина. Еда была вкусной, а Лайла и Нира развлекали гостей рассказами о лесе и его обитателях. Некоторые из них походили на сплетни: о вражде ворон и сов, о том, как хитроумный енот обманул барсука, и о жалобах полевок. Говорили они и о родословной деревьев, и о весенних сюрпризах. Но тема фейри не поднималась, пока Йим не спросила:

– А действительно ли в озере днем отражается звездный свет?

– Да, – ответили и мать, и дочь.

– Но звезды находятся на своих старых местах, и их трудно узнать, – добавила Лайла.

– Я и забыла об этом, – сказала Нира, в основном про себя. – Давно это было.

– И вы встречаете там фейри? – спросила Йим.

Лайла молча поднесла палец к губам.

Только когда трапеза закончилась, Йим наконец смогла поговорить с Лайлой наедине. Пока убирали со стола, девушка вынесла на улицу остатки зарезанных зайцев. Вскоре Йим последовала за ней. Спустившись с пригорка, она увидела, что Лайла стоит в темноте, а возле ее ног кормятся призрачные совы. Птицы не шевелились, пока Йим приближалась. Девушка ненадолго опустилась на колени, затем поднялась.

– Что здесь происходит? – спросила Йим.

– Ты навещаешь друзей.

– Друзья, которых я никогда не встречала и которые, похоже, знают обо мне все.

– На все, – ответила Лайла.

– Тогда что?

– Что ты Избранная.

Йим вздрогнула при этом слове.

– Кто тебе это сказал? Хонус?

– Не он. Это старый секрет.

– Я уже слышала это однажды. – Йим взглянул на Лайлу. Из-за бледной кожи ребенка она казалась бесплотной в темноте – почти как видение, – и она не чувствовала себя глупо, обращаясь к ней за советом. – Что со мной будет?