— Обучаешь прямо на бегу? — понял меня старик.

— Я? Обучать? — хмыкнув, я качнул головой и вышел из общаги — Не. Я в город гулять. А вот ты обучай — ты ведь им не чужой, сам сказал.

— Я позабочусь.

Обернувшись в дверях, я заглянул старику в усталые глаза и произнес, зная, что мои слова слышит не только он, но и те кто жили между стенами:

— Но заботливым дедушкой им быть не надо, старик. Вечно злым похмельным наставником — да, а вот подбухивающим заботливым дедушкой — нет. И не расправляй над ними свои рахитные крылья… слишком широко.

— Подбухивающим? Было бы чем?

Рассмеявшись, я метнул ему серебряный песо, и он удивительно ловко поймал его.

— Это лично тебе, старый. Будет и еще.

— Вот это другое дело, амиго! — у дедка аж голос помолодел и зазвучал могуче — Тут хватит и на закуску богатую! Может и мне начать людей убивать? Выгодное дело как я погляжу… О! Погоди, Ба-ар!

Я опять обернулся.

— А если до детишек кто из местных… повыше меня чином… вдруг решит… ну ты понимаешь — они ведь раньше подворовывали. А вчера одному новенькому руку до кости располосовали, когда он решил пошутковать и схватить за коленку улепетывающей девчушки мелкой.

— Той «девчушке мелкой» тринадцать лет — тяжело произнес я.

— О как… тогда понятно…

— А тот шутник…

— А он в лазарете нашем, да… с головой подсплющенной. Говорят, кровью плюет… и почему-то говном харкает. А как-то получилось никто не понимает…

— И если решит вдруг кто крутизну свою показать — ты передай ему, что Ба-ар как вернется, так ему пусть и показывает.

— Вот это вряд ли кто рискнет — старик заперхал и замотал рукой — Особенно после вчерашнего. Ты спас самого дона Атаульпу, амиго! Говорят телом его своим закрыл?

Я искренне изумился и заговорил громче, гремя на весь коридор:

— Я?! Закрыл телом Атаульпу?!

— Ну так говорят…

— Да было бы зачем… там огромная жопа боцмана всю палубу мясной стеной закрыла. Вот настоящий герой!

— Я же все слышу, скотина ты такой! — стонущий голос донесся из коридора, где располагались отдельные комнаты для здешней элиты — За что?! А я даже встать не могу с похмелья… ты же с нами бухал! Чего ты такой бодрый?! И за что ты так про меня?!

Усмехнувшись, я промолчал.

На площадке у лестницы увеличившиеся в числе до шести рыл охранники уважительно покивали щетинистыми харями, а я машинально отметил заткнутые за пояса штанов и шорт пистолеты. Ну это и понятно — времена у дона Кабреро сейчас действительно непростые. Я специально не узнавал, но мне уже сообщили, что с раннего утра дон Кабреро вместе с парой приближенных куда-то убыл и скорей всего его путь лежал в одну из башен правящих Церрой родов. В этом я даже и не сомневался — а куда еще ему идти? Только к тем, кто правит. Будет пытаться вызнать детали произошедшего, станет искать покровительства, начнет осторожно спрашивать не причастен ли часом кто из великих к заказанному нападению на него такого маленького и несчастного. Наверняка потащил с собой щедрые дары вроде выловленных с океанского дна золотых соусников и инкрустированных бриллиантами фаллоимитаторов.

Кто заказал нападение на конвой Кабреро? Над этим я старательно не думал. И еще старательнее держался от всего этого дерьма подальше — а это было непросто. Все здание гудело растревоженным ульем, в каждом углу обсуждали произошедшее, строили теории заговора, наугад тыкали пальцами во все стороны в предполагаемых виновников. А я молчал. Потому что хорошо понимал — стоит проявить излишний интерес к этому событию, и кто-то обязательно задумается над тем, как удивительно вовремя появился в их рядах Ба-ар, гоблин без прошлого, вольный стрелок из ниоткуда. Мне на руку играл тот факт, что я считай в одну рожу отразил атаку, сам добыл пленника и спас Атаульпу… но теории заговоров тем и опасны, что могут уложить в свое русло любые факты и любые плюсы исказить и превратить в минусы. И чем активнее я буду интересоваться этой темой, тем больше подозрений вызову. Так что я отправляюсь на познавательную прогулку по руинному мать его королевству, где смрад тухлых моллюсков отлично маскирует запашок тихих продуманных дел очередной Системы…

И погулять я вышел не с пустыми руками, прихватив с собой джентельменский набор: заряженный пистолет с глушителем, горсть монет и висящая на поясе широкогорлая фляга, доверху долитая кисло-сладким и чуть подсоленным компотом, сваренным для меня Пукишем. Или Пэккишем… вечно я путаю.

Кстати, о пистолете… я понял, почему от ощущения его в руке у меня появляется чувство будто я хлебнул из половника с говном — это сурверский ствол. Глубокая модификация популярной модели прошлых веков, а уникальна она тем, что создавалась сурверами для войны против себе подобных. Да было время, когда эти крысы яростно уничтожали друг друга — в конце Эпохи Заката. Причем чаще всего их тихое взаимное истребление оставалось незамеченным для мира, потому что их войны шли под землей в узких темных коридорах, в выстроенных подземных бетонных лабиринтах, в заброшенных автоматических фабриках, под оставленными жителями городами. В те времена глобальные убежища уже работали, мировое производство благ практически остановилось и сурверы вели ожесточенные сражения за остатки ресурсов, часто уничтожая чужие убежища, убивая всех мужчин, забирая женщин и детей, дабы перевоспитать и разнообразить свой ДНК-фонд. Да… они воевали даже не как крысы, а как разноцветные муравьи, разоряющие чужие муравейники. А чтобы дело шло успешнее, под свои нужды они усиленно разрабатывали как собственное бесшумное оружие и адаптированную под условия местности экипировку, так и и занимались глубокой модификацией существующих успешных образцов стрелкового оружия. Да… именно тогда родились легко модифицирующиеся игстрелы, именно тогда были рождены и сделали себе имя многие знаменитые сурверские оружейники.

И именно поэтому мне нравился спрятанный под старой безрукавкой сурверский десятизарядный ствол и именно поэтому мне от него блевать хотелось. Сделан качественно, но сделан сурвером — считай проклято. Во всяком случае для меня. Но я не тех тупых отсосов, кто выкинет отличное оружие из-за старых предрассудков.

И меня больше интересовало откуда такое оружие появилось у грабителя руинника. Впрочем, сам ствол очень старый, следили за ним хреново, в чем я убедился вчера за чисткой и смазкой. В магазине осталось три патрона и одной из моих целей был поиск подходящего боезапаса для этой убойной игрушки. И если вдруг я обнаружу в Церре какой-нибудь черный маркет по продаже сверкающих новизной сурверских патронов, то у меня возникнут новые вопросы и подозрения. Хотя, где лопатой в землю не ударь — попадешь в жопу сурвера. Причем еще живого. Одного у этих упырков не отнять — выживать они умеют. Этих падл лучше не хоронить, а кремировать…