Холл расширился, потом сузился, словно огромный желудок.

Ниша со статуей рыцаря уступила место пылающему камину.

А ещё вокруг начали появляться зловещие элементы, от которых даже у меня мурашки по спине пробегали. Заострённые колья с извивающимися на них голыми людьми. Чавкающие в полумраке жутковатые создания. Ползающие под потолком саламандры, щёлкающие челюстями. Картины в золочёных рамах, изображающие скелеты доисторических гигантов… Какой-то жуткий микс из того, что хранилось в подсознании эмиссара, с моими собственными образами.

Потолок с каменным гулом начал ползти вниз.

Чупакабра среагировал молниеносно: с двух сторон от нас из пустоты соткались колонны. Грубые, сложенные из сочащихся влагой камней, покрытых мхом… В духе этого места.

С хрустом навалившись на колонны, потолок замер.

Меня накрыло чужой злобой и ненавистью.

— Он выстраивает новые барьеры, — предупредил Чу.

— Бесполезно, — качаю головой. — Мы внутри.

— Так и в подсознании есть свои уровни.

Вот здесь не поспоришь.

С другой стороны, проще убить меня в стенах этого дома, чем упаковывать в барьеры каждую комнату. А ведь я сейчас начну свою прогулку. И откопаю такое…

В глубине дома что-то тяжело ухнуло.

Раздался гул, словно билось гигантское сердце. По галереям и коридорам прокатился чудовищный рык. Эмиссар вышел на охоту.

Чего и следовало ожидать.

— Поспешим! — бросил я фамильяру.

И направился к лестнице на второй этаж.

По правде говоря, никакой лестницы не было, это я её придумал. Только что. У меня открылась способность трансформировать особняк, перекраивая его архитектуру. Да, работать приходилось, в основном, с образами эмиссара, но я мог с ними работать — а это главное!

Монстр приближался — я это сразу почувствовал.

Едва ступени соткались из воздуха, постелившись мне под ноги, как я переместился на самый верх лестницы, сдвинул площадку вправо и отгородился глухой стеной от преследующего нас чудовища.

— Ловко! — похвалил Чупакабра.

В ближайшей стене прорезалась дверь.

Я почти успел взять под контроль это место и рассчитывал получить информацию. Пройти в первую комнату, где на меня обрушатся воспоминания. Так я смогу получить ключ к разгадке. Узнать, кто такие эмиссары, чего они добиваются, и почему я так им мешаю. А ещё очень хочется выяснить, какова истинная природа менгиров. Почему из глубин моего детства рвутся странные образы. Почему Шестая колонна обратила свой взор именно на эти объекты. Возможно, я узнаю, что связывало отца Владлена Громова с закрытым городом.

Возможно.

Если удастся победить в этой схватке.

Дверь вывела меня в бесконечный коридор, дальний конец которого терялся во мраке. Немножко не то, что я планировал. Чупакабра перестал выглядеть безобидным хомяком и явил истинный облик — клубок чёрных змей, разверстая огненная пасть с острыми клыками, пламенеющие безумные глаза.

— Он идёт сюда! — пророкотал фамильяр. — И выставляет блоки.

— Сноси! — приказал я.

Двинулся вперёд, а передо мной уже распространялась волна инфернального ужаса, который должен был вывести из строя даже эмиссара.

Потолочные лампы, тянущиеся в бесконечность, начали быстро гаснуть.

К нам устремилась Тьма.

— Вот же гондон! — выругался Чу.

Теперь и я ощутил щит, выставленный тварью. Моё воздействие разбилось о незримую преграду и расплескалось по всему дому, утратив убойную мощь.

Хмыкнув, я нанёс следующий удар.

Ярость, принявшая облик светлого копья, вырвалась из меня и ухнула во тьму, проминая барьеры. Я впервые сражался с пришельцем на его территории, в мире духов, и во многом действовал наугад. Фамильяр усилил мою атаку, слегка изменив пространство.

Тьма отступила, всё ещё прячась за щитами, но я понимал, что до победы далеко.

Новая атака была панической, и тварь её выдержала, хоть мне и удалось разнести несколько слоёв защиты.

Воспользовавшись замешательством эмиссара, я сформировал дверь в стене коридора, а главного врага отрезал стеной. Шагнул в проём и оказался внутри комнаты.

Что, серьёзно?

Дверь захлопнулась.

Я увидел полупрозрачный изумрудный шар в центре комнаты, потянулся к нему и… На меня нахлынули образы. Чудовищный город, посреди улиц которого высятся изогнутые белые шпили… Я не сразу понял, что шпили — это кости доисторических животных. Размер этих павших тварей потрясал воображение. Дома либо срослись с костями, либо были вырезаны внутри, между ними были переброшены мосты и целые галереи… По улицам ходили странные существа, смахивающие на эльфов — невероятно худых, даже тощих, с белыми волосами и тёмно-фиолетовой кожей.

Город, кажется, был лишён солнца.

Возможно, сейчас царила ночь.

Я видел неоновые огни, снующие по улицам машины. Видел толпу нелюдей, собравшихся на площади перед мерцающим голографическим экраном.

Что вообще происходит? На экране застыла безликая гуманоидная фигура, словно туман с зыбкими очертаниями. Жители города падают на колени, в их зелёных глазах — молитвенный экстаз. Они поклоняются экрану?