— Повторяю вопрос, — произнёс бывший сидящий каратель. — Кто послал тебя?

— Повторяю ответ, — усмехнулся, ощущая, как во рту появляется привкус крови. — Никто.

На этот раз удар был ещё сильнее. Боль пронзила не только голову, но и всё тело — от затылка до кончиков пальцев ног. Словно невидимые иглы проникали под кожу, раздирая мышцы и нервы. Эфир внутри меня взбунтовался, пытаясь защитить, но тщетно — магия Карателей легко подавляла мои попытки сопротивления.

Я закусил губу до крови, стараясь не закричать. Мышцы сводило судорогой, каждый вдох давался с трудом. Когда боль наконец отступила, я так и остался лежать на полу.

— Неплохо, — прохрипел, опираясь на руки, чтобы подняться. — А можно чуть левее лопатки? Ужас как чешется.

Воцарилась тишина. Я поднял взгляд и увидел, как Каратели снова переглянулись.

Рука высокого карателя вновь поднялась. На этот раз я был готов и попытался выставить щит из эфира. Жалкая попытка — его магия прорвала мою защиту, словно бумагу, и вонзилась прямо в то место, где должен был быть мой кристалл души.

Хрустнул шеей, удерживая крик внутри. Их магия скользнула по шраму на груди, словно ища что-то и не находя.

— Ты пустой, — произнес каратель с акцентом, заметив отсутствие кристалла души. — Ты прибыл из сола?

— Если вы про мой желудок, — выдавил я с усмешкой, ощущая потоки их силы, — то да, он действительно пуст. Давно не ел.

Высокий каратель коротко щелкнул пальцами. Все суставы на моей правой руке одновременно вывернулись с мерзким хрустом. Боль прострелила от кончиков пальцев до плеча.

— Больно? — спросил он совершенно как-то заинтересованно.

— Щекотно, — процедил я, даже не поморщившись.

Каратель с акцентом щелкнул пальцами, и уже пострадала левая рука. Идиоты? Конечно, сука, больно.

— Как ты потерял кристалл души? — спросил он, не сводя с меня взгляда. — Кто научил тебя технике повстанцев?

— Таким родился, — ответил, глядя ему прямо в глаза. — Что, необычно?

— Лжёшь, — холодно заметил высокий каратель. — Мы видим шрам, его вырвали! Ты связан с повстанцами.

Каратель с акцентом наклонился ближе, изучая меня пристально, словно лабораторный образец. Его дыхание за маской было настолько ровным, что я усомнился — человек ли передо мной вообще.

— Ты пришел из сола разрушить Терру тринадцать? — задал он вопрос тихо.

— Не, — помотал головой, ощущая, как каждое движение отдается болью в мышцах шеи. — Меня и здесь неплохо кормят.

Каратель даже не шелохнулся. Просто щелкнул пальцами. Один короткий звук в тишине. В тот же миг все суставы и кости в моей левой ноге с хрустом сломались. Не выгнулись, не вывернулись — именно сломались, острыми концами разрывая мышцы изнутри.

— О-о-о-о… — протянул я, глубоко вдыхая, чтобы усмирить подступающую тошноту. — Ну всё, как я теперь кушать буду? Вы меня кормить начнёте?

Высокий каратель вернулся за стол и сел, сложив руки домиком.

— Ты убил незаконного сына Светова? — сменил он тему, как будто мы просто беседовали за чаем.

— Вообще не в курсе про детей патриарха, тем более незаконных, — ответил, пытаясь хоть как-то не думать о поврежденных конечностях. — Может, хоть расскажете про этого несчастного?

Каратель с акцентом снова щелкнул пальцами — на этот раз кости и суставы в правой ноге разлетелись как стекло под молотком. Боль накатила горячей волной, и я прикусил язык почти до крови, чтобы не заорать.

— Твою мать! Ребята… — простонал, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства. — Как же я теперь на танцы пойду?

Каратель с акцентом сделал короткий жест рукой, и меня словно подхватило невидимыми тисками. Тело оторвалось от пола, зависло в воздухе — а затем с силой впечаталось в ближайшую стену. Удар, еще удар, еще — каждый раз с новой стороны, словно я стал мячом в руках безумного великана.

Сознание мутилось, но не уходило — что-то в их магии не давало отключиться, заставляя чувствовать каждый момент боли. Наконец меня швырнуло к ногам сидящего карателя, где я и остался лежать измятой, окровавленной куклой.

Сидящий каратель поднял ладонь, и моё тело вновь взмыло в воздух, а затем резко упало. Что-то хрустнуло в спине, перед глазами вспыхнули цветные круги.

— Продолжишь лгать — будет хуже, — сказал он почти с сочувствием.

— Куда уж хуже? — усмехнулся разбитыми губами. — Вы мне уже весь танцевальный репертуар отменили.

Я чувствовал, как эфир внутри меня едва теплится — эти твари умели блокировать магию на каком-то базовом уровне. Сосредоточился на дыхании, пытаясь хоть немного восстановить силы. Еще не хватало отключиться — неизвестно, что эти психованные выкачают из моей головы без сопротивления.