Впрочем, кое-что очень важное, глобальное можно сделать уже сейчас.

Яйцо владыки ничем не отличалось от яйца Кощея. Точно такое же расположение всего. Точно такой же капитанский мостик с таким же пультом и голограммой.

Было только одно отличие. Опция, которую я нашёл мгновенно. Ну вот, да, мы можем перемещаться не только по Земле. Вот Луна, Солнце, Марс… Но меня интересует не это.

— Давай, — сосредоточился я. — Покажи мне, откуда ты прилетело, яичко.

Планета была красной. Она мерцала зловеще, от одного взгляда на неё делалось дурно.

Приближение. С минуту я любовался одним из «городов» трижды проклятых «хозяев». Посреди красной пустыни они лежали — тысячи и тысячи, переплетшиеся тентаклями, в непрерывном совокуплении, обмене мыслями, токами, энергиями и чёрт знает, чем ещё. Сейчас у них не было на примете кого-то, с кем можно завязать войну. И вот так они существовали, в ожидании.

— Не люблю оставаться в долгу, — процедил я сквозь зубы. — Теперь мы с вами в расчёте.

Мечом я начертал на голограмме Знак, который показал мне дядюшка.

Яйцо задрожало. Запищала какая-то сигнализация. Пронзительный голос начал что-то вещать, но на слух я инопланетный язык не воспринимал. Мне было плевать. Развернувшись, я вышел наружу, присоединился к остальным охотникам.

Вместе мы увидели, как из верхушки яйца в небо ударил ярчайший столп света.

— С Новым годом, — сказал я. — С новым миром.

Такого мощного светового эффекта не ожидал никто. Перед глазами плясало что-то безумное, бежали цветные пятна. Восстановление сил взять было уже негде, мы все измождены до предела. Исчерпали себя полностью, до последнего амулета.

— Хозяин! — раздался голос рядом со мной. — Ты чего жмуришься?

— Ничего, соринка в глаз попала. Скоро пройдёт.

Я уже понял, что тереть глаза бесполезно, нужно просто ждать. Опустил руки. Слепота постепенно проходила. Скоро смазанное пятно перед глазами начало принимать очертания кобылы. Раздался довольно противный звук. От кобылы отделилась радуга.

— Да прекрати уже, блин! Водички попей, что ли.

— Да я бы рада прекратить, не могу! Думаешь, самой нравится?

Мне в грудь ткнулась кобылья морда. Ну, как обычно, ещё и жалуется… Я машинально погладил Тварь. И услышал негромкий шёпот:

— Возьми мою силу. У меня её много. Даже слишком. Того гляди взлечу.

Гхм. Ну, по логике — чего-то такого следовало ожидать. Сердце Кощея сожрать — это тебе не бублик схомячить. С обожравшейся враждебной силы Тварью, по-хорошему, тоже надо что-то порешать. Это у меня шло следующим пунктом программы. Если бы, блин, голова ещё варила хоть немного! Всё же ушатался сегодня — будь здоров.

— Возьми мою силу, — повторила Тварь. — Тебе нужно. Я вижу.

— Что нужно, я и сам вижу. Взять-то её как?

— Просто. Как амулет берёшь, так и возьми.

Тварь на полном серьёзе приподняла ногу и протянула мне копыто — как ладонь для рукопожатия. Копыто было сплошь уделано засохшей тварной зеленью — команду отбиваться Тварь выполняла неукоснительно. Впрочем, сам я вряд ли выглядел лучше. Машинально взялся за копыто.

И в ту же секунду ощутил эффект, который возникал, когда бахнешь Восстановления сил. Картинка перед глазами стала чёткой, голова — ясной, мыщцы перестали ныть, а мозг скукоживаться. Я был бодр так, словно после долгого упоительного сна проснулся у себя в башне.

Тварь умильно смотрела на меня. Нежно фыркнула.

— Хозяин… А скоро мы домой? Там уже, небось, тётка Наталья пышек напекла.

— Есть мнение, в последние несколько часов тётка Наталья была занята немного другим.

— Чем это?

— В подвале сидела и молилась. Погоди пока с пышками. Ты остальных охотников можешь так же, как меня, зарядить?

Тварь покачала головой.

— Да не жадничай ты, блин!

— Да я не жадничаю! Просто чую, что нельзя им это — то, что во мне. Только тебе можно.

— Угу. Ну ладно. Пока примем как данность, разбираться будем потом.

Я принялся кастовать направо и налево Восстановление сил. Ослепшие от вспышки охотники приходили в себя.

— Владимир! Что это было?

Как-то само собой получилось, что ко мне пробились и собрались вокруг меня все мои самые близкие. Егор, Земляна, Захар, Неофит, Харисим, Глеб, Мстислава. Только Гравия не было, остался наводить порядок в загробном царстве. Зато появилась новая фигура — Ждан. Вопрос задал Разумовский — ну, ясное дело, он тут самый любознательный, — но выжидающе смотрели все.