— Ага, про этих предателей… Если бы не они, мы бы давным-давно захватили всё вокруг. Но эта бесконечная война против аборигенов… Они ещё и упрямые до жути. И маги у них…

— Сильные?

— Да не то слово. Какие-то странные магические практики используют. Воевать с ними ничуть не проще, а скорее даже тяжелее, чем со слимами.

— Охотно верю. Так что там по проблемам? Князь не желает сотрудничать, считает вас недостойными?

— Считал. Если раньше мы могли хотя бы надеяться на честный и откровенный разговор, на спокойные переговоры… Я бы даже согласился стать безземельным бароном в случае чего. Сила есть, мозги тоже, руки не потерял. Что-нибудь да придумал бы. Но теперь… — Он прикрыл глаза и сделал многозначительную паузу.

— А что теперь?

— А теперь всё. Полный… Помнишь, я тебе о своей дочери рассказывал? Анне. Говорил, что получить легализацию можно в случае брака и при согласии императора?

— Да. Конечно, помню.

— Забудь. Я не знаю, что случилось, но она убила своего жениха. Неофициального: я согласия не дал. Этот ублюдок был тем ещё сукиным сыном… Говорят, пристрастился в свои юные годы не только к алкоголю, но и к более опасным препаратам. И всё же он сын князя Радова… Анечка… Что же ты такое натворила… Что он такое сделал или сказал, что ты не сдержалась? — Барон мыслями ушёл куда-то далеко и схватился за голову.

Я уж думал, заплачет, но нет. Барон сжал кулаки, тяжело вздохнул и упрямым взглядом уставился на меня.

— Значит, князь теперь однозначно наш враг, и мы с ним договориться не сможем? — предположил я и попал.

— Он очень мстительный…

— Анна… Её уже казнили?

— НЕТ! Что ты, сплюнь! Я лично обучал её! Она сильная, дерзкая, смелая и рассудительная! Она сбежала, и её до сих пор не нашли! — Барон вскочил, сам готовый броситься в бой.

Как же сильно он переживает за дочь. Хороший мужик.

— О как! А она начинает мне нравиться…

— Да она вообще солнце в этом грязном мире аристократии! Я не знаю, что там произошло, но её объявили в розыск. И я должен помочь ей, спасти её. Но меня и самого ищут. Ты сам знаешь. Я могу сделать только хуже, привести к ней наблюдателей…

— Разве?

— Я не говорил никому, но уверен, что среди моих людей есть шпион. И он всё докладывает, куда надо. Я не могу её подставить…

— Так, может, найдём его и…

— Нет. Во-первых, я не знаю, кто это. Во-вторых, если он работает на имперскую разведку, то так даже лучше. Но это может быть и человек князя. Так что…

— Ладно, я всё понял. Я найду её и спасу.

— Постой. Нет, я не это имел в виду. Ты не должен…

— Ага. Я делаю то, что хочу. И то, что считаю нужным. Я не знаю, какая твоя Анна на самом деле, но твои описания её подвигов меня впечатлили. Да и к князю Радову у меня есть вопросики. Передам ему таким образом свой яркий и незабываемый привет. Если я найду её и спасу, я ведь его сильно расстрою?

— Очень…

— Вот и замечательно. С удовольствием это сделаю перед тем, как встретиться с ним лично. Как найти Анну? Ты должен что-то знать, так?

— Ну… — Барон опасливо огляделся по сторонам и перешёл на шёпот: — Да. У меня есть зацепка. И даже не одна.

— Рассказывай. Я поеду немедленно. А тебе… Тебе лучше вернуться в Бурый. Собирай людей, копи силы. С тобой отправится мой хороший друг. Я тебя позже познакомлю с ним. Он же вас и прикроет.

— Элементаль?

— Лучше. Легендарный элементаль! Зовут Люмин. Повезло встретить сильную, привязанную к земле душу с перспективными задатками героя. Или дьявола. Пока не понял. Скорее первое.

— Боже милостивый… Сколько ещё нам предстоит узнать тайн магии?

— Да не паникуй ты. Богам или богу, безразлично мнение букашек вроде нас. И большая часть наших действий… — я вспомнил свою первую «аномальную» встречу, после которой получил благословение души и научился заключать магические контракты. Пожалуй, именно эта встреча выглядела самой близкой к понятию «встречи с Богом магии».

— Не знаю, хорошо это или плохо.

— Скорее хорошо… Не будь его внимание так сильно сосредото на моём прошлом мире, меня бы здесь, возможно, не было бы. Ладно, вернёмся к Люмину. Он пока набирает силы, но, поверь мне, с лёгкостью справится с парочкой магов-охотников. И если что, отведёт вас в тайное убежище, что я для себя подготовил. Только учти: это место только для моих людей. Захочешь там оказаться — тебе придётся нести последствия своего решения.

— Что ты имеешь в виду? — уточнил барон и начал активно ёрзать на деревянной лавке.

— Я имею в виду то, что тебе придётся признать меня своим Даном. По сути, дать клятву верности и отречься от предыдущего правителя. Я никого не заставляю, насильно не гоню, не требую. Это должно быть желанием, идущее от самой души.

— А если я отправлюсь туда, но откажусь?

— Чтобы уберечь тайну этого места, я не позволю никому его покинуть, — улыбнулся я.

Барон от моей улыбки лишь заёрзал ещё сильнее, сжался, часто задышал… Взгляд его начал метаться из стороны в сторону, словно у жертвы, которую зажал в угол опасный хищник. Я понимаю это чувство. Я и сам его когда-то испытывал. Так тебе улыбается смерть, войдя в твой дом и приставив косу к горлу…