— Спасибо за разъяснения, но всё же я хочу узнать, что сделал мой дед такого, за что его не возлюбил Император.

— Напрягает? — спросила графиня, подняв бровь.

— Нет, просто мне это нужно для понимания дела, — покачал я головой. — Всё-таки мне хочется знать о всех последствиях помимо каждодневного риска моей жизни.

— Хорошо, — девушка положила руку на стол. — Твой дед…

— Простите, что прерываю вас, — к нам бесцеремонно подсел тот самый мужчина, который всё это время наблюдал за нами. — Но я бы хотел поговорить с графиней Голд наедине, — он мельком смерил меня взглядом, а затем уставился на девушку.

— А я не хочу с тобой разговаривать, — холодной ответила Агнесса. — Ни наедине, ни сегодня, никогда либо в принципе, — она посмотрела на меня. — Мне больше нечего тебе сказать, Безруков. Можешь проваливать, — не стала с ним любезничать графиня.

— Ты говоришь одно, а в твоём голосе я слышу совсем другое, — улыбнулся мужчина и положил руки на стол. — Я бы всё же хотел с тобой обсудить некоторые моменты, который остались непрояснёнными, — он попытался взять её за руку, но отдёрнула кисть.

— Пошёл вон. И больше не преследуй меня.

— Или что? — усмехнулся он. — Объявишь войну моему Роду? Мне кажется, что это немного выбивается из твоих сил, графиня.

— Какая жалость, — покачал я головой. — И разве это достойное поведение наследника Рода Безруковых? — я наигранно вздохнул. — Эх, видимо, отец тебя плохо воспитал.

— А кто ты? — уставился он на меня. — Мы разве знакомы?

— Мы? — усмехнулся я. — Отнюдь, но имя моё, возможно, слышали. Виконт Майерс, и если вы не хотите, чтобы этот небольшой конфликт не перерос в нечто о чём вы точно будете жалеть, настоятельно советую принести свои глубочайшие извинения перед Её Сиятельством Голд и больше не появляться перед ней.

Безруков вышел из-за стола и встал напротив меня, внимательно смотря мне в глаза. Руки и плечи напряжены. Всё его тело говорит только об одном. Он явно хочет мне врезать.

— Майерс? — переспросил виконт, расслабившись, и протянул свою руку. — Виконт Артём Леонидович Безруков, второй сын Леонида Матвеевича Безрукова, генерала второго ранга. Рад наконец-то познакомиться с сыном человека, который часто оказывает нам поддержку в вопросах поставки лучших барьеров для разломов на континенте.

— Не могу тоже самое сказать о вас, виконт, — покачал я головой, давая ему понять, руку я ему пожимать точно не буду.

— Возможно, — кивнул он и убрал руку. — Я сожалею, что наше знакомство было омрачено столь неподобающим поведением, и в качестве извинения я бы мог предложить оплатить ваш счёт, к примеру, — виконт нагло улыбнулся, смотря в сторону графини.

— Благодарю, но это излишне. Извинений в сторону дамы хватит, — спокойно ответил я.

— Разумеется, — мужчина повернулся к Агнессе. — Прошу простить моё недостойное поведение, однако, хочу всё же ещё раз вам сообщить, что в любое время готов прояснить статус наших отношений. Если вы всё же соизволите мне ответить, я буду крайне рад, что наш разговор не закончился на высокой ноте и возможно, что вы согласитесь остаться друзьями.

— Я подумаю, — всё так же холодно ответила графиня.

Сказала она одно, но этот ответ всегда означает совершенно другое. Что же этот виконт Безруков сделал такого, чтобы Агнесса так его невзлюбила?

— Позвольте поинтересоваться, — он повернулся ко мне. — А что наследник Германского Рода делает на русской земле? Неужели строит новые политические связи? Вы ведь знаете, чем занимается мой Род.

— Разумеется, — почувствовал я едва уловимые попытки проникнуть в моё сознание, — и я прекрасно знаю, что будет за ментальное проникновение в разум аристократа. Так что настоятельно рекомендую вам прекратить. Если вы хотите пускать мне пыль в глаза, надеясь под маской лести и «сладких» слов спрятать своё презрение ко мне, извольте. Играть я в игры не намерен, да будет вам известно, что наш возможный конфликт никак не будет касаться родительских забот.

— Я рад это слышать, — рассмеялся Безруков. — Но это всего лишь небольшая шалость, не стоит вам, неодарённому, вступать в конфликт со мной, — он подошёл ко мне. — Потом по кусочка себя не соберёшь.

— Ладно, — усмехнулся я. — Дуэль, виконт, — сказал я достаточно громко, чтобы это услышал персонал.

— Серьёзно? — хохотнул виконт. — Ну хорошо, — слегка склонил он голову. — Потом, когда будешь лежать в больнице, расскажешь своим, насколько у нас хорошая медицина.

— Действительно хорошая, — усмехнулся я. — Учитывая, что по последним данным у вас недобор в лучшем случае половина в мед. учреждениях, а умерших после войны столько, что на десяток моргов хватит. Поддержка населения у вас оставляет желать лучшего.

— Значит, в лучшем случае ты останешься калекой, — похлопал он в ладони. — Князь Астахов, — виконт обратился к мужчине за соседним столиком, — вы не против засвидетельствовать мою победу?

Уже думает, что победил. А уверенности ему не занимать. Уверенности или глупости, не важно. В его случае это почти одно и тоже.

— Виконт, — князь посмотрел в сторону Безрукова, а затем смерил меня взглядом.

Астахов Пётр Иванович мне знаком, но не очень близко. Пару раз видел его в обществе барона Евгения Сергеевича Гончарова.