— И как этот огонь сдержит материальный предмет? Ну то есть летящий в меня учебник? — удивился я.

— При этой температуре книга просто сгорит! — пояснил Скворцов. — И до тебя долетит только пепел. А вот если я в тебя запущу чем-то менее горючим и более плотным… Тогда да, тогда уже сложнее.

— Увернуться? — выдвинул версию я.

— Хорошая защита! — согласился Скворцов. — Лучшая из всех.

— И вообще, надо ещё успеть такое сплести, пока книга летит… — заметил я, глядя в справочник.

— Все подобные плетения заготавливают в свободное время, — пояснил мне Скворцов. — Затем сворачиваешь плетение в малюсенький шарик и держишь на жгутиках. Это называется быстрый набор плетения. В него остаётся только стихию закачать. И старайся подбирать «всестихийные» плетения. Они, к слову, в справочнике всегда отмечены вот такой звездой.

Скворцов указал на защиту со звёздочкой у названия, звучавшего как «Огненный простой заслон».

— Ищи простые заслоны с такой звёздочкой и в других стихиях. Плетение такое же, а наполнение уже зависит от выбранной стихии.

— А если просто быстро плести? — уточнил я.

— Большинство людей, Федя, ленивы и не хотят лишних телодвижений, — усмехнулся Скворцов, закрывая справочник. — Когда у тебя есть две сотни жгутиков, легче сплести неторопливо в спокойной обстановке полторы сотни заготовок, которые затем ты можешь мгновенно применить. Так легче, на самом деле. Но это предсказуемые противники. Всегда можно вычислить, что они используют, и заранее подготовиться.

— И никто не пытается научиться плести быстрее? — удивился я. — Это же лучше.

— Быстроплёты. Вот они учатся такому. Быстроплёты очень опасны именно тем, что все их плетения у них в голове. И ты никогда не знаешь, чем они в тебя запустят, или что выставят на пути твоего снаряда.

— А я могу стать быстроплётом? — уточнил я.

— Нужны упорные и долгие тренировки, — Скворцов не сказал «да», однако по контексту было понятно, что может любой. — День за днём надо оттачивать управляемость жгутиков. Ты же заметил, что они плохо слушаются — не как твои пальцы, например. Но жгутики могут стать теми же пальцами, просто ими надо постоянно пользоваться. Станешь быстроплётом — и цены тебе не будет. Сразу говорю. Но если захочешь, готовься тренироваться до потери пульса!

Не, ну как раз тренировки меня не пугали. Я уже прожил одну обычную жизнь. В той жизни я был обычным ребёнком, обычным подростком, обычным юнцом, обычным юношей, обычным мужчиной… И чуть было не добрался до обычного пенсионера. Этот путь был уже пройден, поэтому не настолько интересен.

Я хотел добиться большего.

А чтобы научиться что-то делать виртуозно, и вправду есть только один путь — тренировки. Раз за разом, день за днём, одно и то же. Пока не станешь настоящим мастером.

Опытный хирург может, взяв стопку тонкой папиросной бумаги, скальпелем разрезать её на то количество листов, какое ему необходимо. Человек, всю жизнь считавший сложные уравнения, на лёгких примерах способен обскакать по скорости калькулятор. И даже простой рабочий, забивавший всю жизнь гвозди, со временем учится забивать гвоздь одним ударом, на глаз просчитав и размеры гвоздя, и плотность материала, в который его надо вбить, и нужную силу удара.

Тысячи, десятки и сотни тысяч повторений… И рано или поздно ты достигнешь автоматизма. А тогда даже очень сложное дело для тебя станет простым и обыденным.

И я собирался добиваться этого, пока я молод и полон сил. Позже, когда мозг начнёт лениться, когда привычки будет всё сложнее менять, такой автоматизм ещё не раз выручит.

И уж если дело касается теньки — тут уж точно грех филонить. Тренировкам я и так уделял почти всё свободное время. А теперь, получив конкретную цель, начал долбиться в её направлении с настойчивостью отбойного молотка.

Жгутики — это часть меня. Да, они появились совсем недавно, и я к ним не привык, но я их чувствую. Пока они плохо слушаются, их сложно контролировать. Но я уже дважды учился ходить — и хожу! Я уже дважды учился писать, хватая непослушными пальцами перо или карандаш — и вот, пишу. И что мешает мне научиться идеально пользоваться жгутиками?

Между занятиями, после занятий, в любое удобное время — даже сидя на унитазе — я тренировался. Каждую «основу» я учился создавать максимально быстро. И так же максимально быстро учился сцеплять её с другими.

И нет, за неделю результатов я не ощутил. Так в жизни, к сожалению, не бывает. Но и останавливаться я не собирался.

У меня мало жгутиков. Я всегда буду в уязвимом положении по сравнению с теми, у кого этих жгутиков с лихвой хватает. Любая схватка с двусердым превратится для меня в соревнование моей силы с его быстрым набором. А мне это ненужно.