По крайней мере, как я понял, огнеборцы занимают в этом обществе особое место, и если я стану одним из них, это мне сильно развяжет руки. Кроме того, я же уже пожарный — бороться с огнём и так моя профессия, спасать людей мне не впервой.

Заодно будет время привести моё нынешнее тело в порядок, разобраться с новоприобретённым даром и способностями, а может, глядишь, и связями обрасту. И уже не буду общаться с Князем Пожарским из подчинённого положения.

Из мыслей о моей текущей жизни меня вырвала резко замедлившая ход машина.

— Приехали, ваше благородие, — развернулся ко мне Прохор. — Южная железнодорожная станция. Билеты у вас в рюкзаке, как и ваша любимая одежда, да и съестное на дорожку. И наличность, по мелочи. Батюшка ваш хоть и… дорожит благосостоянием рода, но всё-таки вы Пожарский. Без гроша в кармане он бы вас ни за что не оставил.

Прохор заглушил двигатель и вышел наружу. Пока я собирался, он подешл к моей двери и он открыл её.

— Прошу вас, барин.

— Спасибо, Прохор, я сам, — коротко ответил я ему и вышел из машины.

Прохор же открыл багажник и протянул мне походный рюкзак оливкового цвета.

— Документы ваши при вас? — спросил меня Прохор.

Я проверил внутренний карман своей кожаной куртки, убедившись, что проездные документы и удостоверение личности были при мне. Не хотелось бы сейчас оказаться в такой ситуации, что надо будет доказывать, кто я есть.

Я утвердительно кивнул.

— Хорошо, барин, — ответил Прохор, — Батюшка ваш просил вам напомнить. Ежели возникнет какая-то проблема в Южном городе живет ваш дядя по матушке Александр Бельский и случае крайней необходимости можете обратиться к нему.

— Вот как?

И почему Князь Пожарский о нем не упоминал? Насколько я знал, родных братьев у него не было.

— Но, я вынужден повторить, — прокашлялся Прохор, — В случае крайней необходимости. Батюшка ваш, не очень доверяет семье Бельских.

— А есть основания? — заинтересовался я.

Похоже тут никто никому не доверяет.

Прохор задумался, видимо взвешивая свои дальнейшие слова.

— Вы знаете какие есть на то основания, барин, — наконец ответил он, — На том я воздержусь от дальнейших комментариев.

Ну что же. Видимо это всё, что я могу рассчитывать узнать от Прохора. Но такая излишняя осторожность Князя Пожарского вместе с тем, что памяти о причине такого настороженного отношения у меня не было, только подогрели мой интерес. Надо будет обязательно навестить родственников. При случае.

— Ну, Прохор, бывай, — хлопнул я его по плечу, — Спасибо, что подбросил.

— Рад служить, барин, — откланялся Прохор, — Берегите себя.

— Непременно, — ответил я и махнул я ему рукой, — И ты себя.

Прохор не смог скрыть удивления, услышав эту фразу. Но выучка взяла своё. Он кивнул и натянул поглубже фуражку. Разернулся и сев в машину, умчался прочь по широкому шоссе, полному снующих туда сюда машин.

Я же оказался на просторной площади перед зданием Южного вокзала. А над головой нависали тяжелые свинцовые тучи.

Но настроение было отличное, даже несмотря на это. Я был жив. Потянувшись, я разогрел затекшие после поездки мышцы. В теле чувствовалась полная легкость и прилив сил. Это чувство когда впереди полный впечатлений и испытаний нырок в неизвестность.

— Молодой человек, ну вы что, не видите — ваш состав задерживается?

Ожидания непременно сталкиваются с реальностью.

Тон женщины, сидящей за толстым бронированным стеклом информационного окошка вокзала, был одновременно и скучающим, и максимально раздражённым. А её уже начавшие выцветать ярко-рыжие короткие волосы и заплывшая фигура дополняли образ, иллюстрирующий собой синдром вахтёра как он есть.

— А вы не подскажете, на какое время перенесли отправление поезда?

Женщина фыркнула сальными губами, её родинка с торчащей из неё чёрной волосинкой нервно дёрнулась.

— Ну, я вам что, бюро предсказаний? — ехидно прокомментировала она и приторно рассмеялась. — Если надо, у оракула спросите. Если вы тут его найдёте.

К сожалению, в тех аспектах, в которых мне совершенно этого не хотелось, этот мир был абсолютно точной копией моего. Хоть что-то остаётся неизменным.

— А оракул не подскажет мне, что нужно сделать, чтобы вы перестали быть такой нестерпимой сукой?