— Я ничего не брала! — Кристина продолжала отступать, ее рука нащупала за спиной холодную дверную ручку. — Проверь сам, если не веришь! Посмотри в сейфе, все на месте, каждая копейка!

Это была уловка. Отчаянная попытка заставить его на секунду задуматься, посеять зерно сомнения, выиграть мгновение.

Сычев неуклюже двинулся к ней, растопырив свои короткие, толстые руки, как медведь, идущий на таран.

Кристина дождалась, пока он подойдет почти вплотную, чувствуя его кислое дыхание. И в тот момент, когда его пальцы уже почти коснулись ее плеча, она резко дернулась в сторону, одновременно поворачивая ручку двери.

Усатый фельдшер, не ожидавший такого маневра, по инерции пролетел мимо и со всего маху врезался в высокую деревянную вешалку. Раздался оглушительный грохот — вешалка рухнула, погребая его под собой вместе с кучей старых пальто и курток.

Этого мгновения хватило. Кристина рванула на себя дверь и выскочила на лестничную площадку.

— Держи ее! — заорал сзади Волков, выбираясь из-под обломков.

Она неслась вниз по бетонным ступенькам, перепрыгивая через две, а то и через три сразу. Стук ее босых ног гулко отдавался в тишине подъезда, смешиваясь с тяжелым, топочущим грохотом погони — дядя и очухавшийся Сычев бежали следом.

Мелькали обшарпанные стены, почтовые ящики, тусклые лампочки. Первый этаж. Тяжелая входная дверь. Рывок — и она на улице!

Прохладный вечерний воздух ударил в лицо. Свобода!

Но тут ее ждал сюрприз. Прямо у подъезда, перегородив ей путь, стояла темная служебная машина, из которой как раз выходил солидный, незнакомый мужчина в строгом сером костюме.

Кристина замерла, понимая, что бежать некуда. В этот момент из подъезда вывалились ее преследователи.

Мужчина в костюме мгновенно оценил ситуацию — растрепанная, насмерть перепуганная девушка в одном халате и двое разъяренных мужиков, несущихся на нее.

Он не стал кричать или доставать оружие. Он просто сделал короткий, почти незаметный жест рукой в сторону Волкова и Сычева.

Воздух между ними словно на мгновение сгустился и пошел рябью. Едва заметная, почти невидимая искра сверкнула в сумерках.

Волков и Сычев, бежавшие на полной скорости, словно налетели на невидимую, абсолютно твердую стену. Раздался глухой, влажный звук удара, и два грузных тела, беспомощно взмахнув руками, с одинаковым грохотом рухнули на асфальт, как сбитые кегли.

— Именем закона Гильдии, вы арестованы! — спокойным, ледяным голосом произнес незнакомец, доставая из кармана не обычные наручники, а два тонких, светящихся голубым светом браслета. — Кристина, в машину, быстро!

Только сейчас, услышав свое имя, она поняла, кто это. Мышкин. Следователь.

Через минуту все трое сидели в салоне служебной машины. Кристина, дрожа всем телом, куталась в плед, который ей дал следователь. А на заднем сиденье, скованные магическими браслетами, тихо и бессильно матерились ее психически нездоровый дядя и его сообщник.

Я медленно обошел автомобиль, любуясь чистыми, плавными линиями кузова. Передо мной стоял практически новый белый лифтбек отечественного производства, в самой полной комплектации. Выглядел он солидно и, что важнее, практично. Не броский, но и не убогий. Идеальный баланс.

— Смотри, какой багажник! — Артем с энтузиазмом открыл заднюю пятую дверь, демонстрируя огромное пространство. — Сюда два трупа влезет! То есть, я хотел сказать, два очень больших чемодана!

Гагик раскатисто расхохотался, хлопнув Артема по плечу.

— Артем-джан, ты не меняешься! Все такие же шуточки у тебя!

Я заглянул в салон.

Просторно, идеально чисто, пахнет новой кожей и каким-то приятным, ненавязчивым освежителем. Сел на водительское сиденье, которое тут же услужливо приняло форму тела.

Мой мозг, привыкший к диагностике, тут же начал свою работу. Так, пластик на панели не скрипит, зазоры ровные. Запаха сырости или табака нет. Сиденья не просижены, руль не затерт.

Похоже, на ней действительно почти не ездили.

— Можно попробовать? — спросил я, обращаясь к Гагику.

— Конечно, дорогой! Зачем спрашиваешь! — он тут же протянул мне ключи. — Артем, садись рядом, покатаетесь, оцените!

Машина завелась с полоборота. Мотор работал ровно, тихо, без малейших посторонних звуков или вибраций. Я выехал со стоянки на прилегающую улицу, плавно нажав на газ.

— Вот это тачка! — восхитился Артем, когда мы легко набрали скорость. — Как идет! Как по маслу!