– Сядь, Мика, - снова рявкнула на него Клара, а Леон потянул его за полу куртки.

– Валерия, дорогая, - спокойным голосом произнес Суперфин, - если ты уверяешь, что тебя выбросили в море, то как ты оказалась снова на яхте?

– И вы мне не верите?
– я была поражена. От кого, но от без пяти минут мужа Элеоноры я такого не ожидала. Он же должен был мне верить, несмотря ни на что!
– Меня подобрал Сергей.

– Какой Сергей?
– вопрос раздался одновременно с нескольких сторон.

– Когда я очутилась в воде, он меня подобрал. Он был на лодке. Потом он забросил кошку с лестницей на яхту, и мы с ним поднялись, - я вытерла рукой мокрый лоб.
– Да что я вам рассказываю, он все сейчас подтвердит.

Выскочив за дверь, я осмотрелась: Сергея нигде не было видно. Нехорошее предчувствие охватило меня. Бросившись к левому борту, я схватилась за перила и перегнулась через них. Лестница исчезла...

– Держите ее!
– истерически завизжала Кристина.
– Она сейчас снова спрыгнет!

Тут же рядом со мной оказались матросы и вежливо, но крепко взяли под локотки.

– Оставьте меня! Я не какая-нибудь самоубийца! Мне тоже нужно дождаться полиции, - я пыталась освободиться от крепких объятий матросов, но они отпустили меня только тогда, когда ввели в каюту и усадили за стол.

Мы были совсем уже близко от берега и причала с ощетинившимися яхтами. Матросы принялись резво готовиться к швартовке, а вся наша компания сидела за столом, и в каюте висела гнетущая тишина.

На причале нас уже ждали. Две темно-синие машины с надписью "Police" были припаркованы у самой кромки воды, а полицейские стояли возле них. Один из полицейских подошел к Тишлеру и, представившись, спросил:

– Это вы вызывали полицию?

– Да, я, но произошло недоразумение...

– Какое недоразумение?

Тут вмешалась Клара Тишлер:

– Мы совершали прогулку на яхте, и нам показалось, что одна из наших гостей пропала.

– Как пропала?
– нахмурился полицейский.

– Ну, она не пропала, просто гуляла по яхте и не отзывалась на наши крики, а мы подумали, что она упала за борт. Поэтому мы и вызвали полицию. Вот и все.

Все наперебой принялись говорить нечто похожее. Только мы с Суперфином молча стояли сзади.

– Мне бы хотелось взглянуть на даму, которая "пропала", - сказал полицейский.

Небольшая горластая толпа расступилась, и я оказалась перед взором блюстителя закона.

– Как ваша фамилия?
– строго спросил он.

– Валерия Вишневская.

– Госпожа Вишневская, вы подтверждаете то, что здесь было сказано?

Все разом умолкли. Испытующе посмотрев на моих недавних попутчиков, я кивнула:

– Подтверждаю. Это была глупость с моей стороны.

– И где же вы были, когда вас звали?

– В туалете на нижней палубе. Меня тошнило, и я все время блевала. Поэтому и не смогла ответить. У меня морская болезнь.

– А почему вы босиком? Где ваши туфли?

– Упали в море. Я их сняла, чтобы легче было ходить по палубе, и держала в руке. Тут яхту качнуло, они упали вниз, а я побежала в туалет.

– Понятно, - кивнул полицейский.
– Ну что ж, инцидент исчерпан. Всего хорошего, господа.

Как только полицейские машины отъехали от причала, вокруг меня образовалась пустота. Никто не поблагодарил меня за вранье, все отводили глаза и сторонились меня, как прокаженной. Только Суперфин взял меня под руку и, махнув рукой, позвал такси.

– Отвезу вас домой, Валерия.

Сил отнекиваться у меня не было. Мне было уже наплевать на то, что, может быть, это он сбросил меня с яхты. Я села на заднее сиденье, он вперед, и через десять минут я уже была дома.

Сняв с себя волглые тряпки, бывшие пару часов назад выходным костюмом, я рухнула в постель и забылась тяжелым сном. Мне снилась темная вода, шершавая лестница, по которой мне пришлось лезть высоко-высоко. Вода прибывала, а лестница не кончалась...

x x x

Наконец-то, я выбрала время отнести Лине ее блокнот. Решив, что не буду благими намерениями мостить дорогу в ад, я собралась и поехала в тихий городок, позади северного Тель-Авива.

Улица петляла, надеясь заморочить меня окончательно, стояла сильная жара, воздух звенел от стрекотания кузнечиков и вибрации машинок для стрижки газонов, и вокруг сладко пахло свежесрезанной травой.